— А смысл? — коль решил играть мудака, играй до конца.

Встал, быстро натянул спортивные штаны. Схватил Настю под локоть и вышел из комнаты.

— За что ты так со мной? — голосок девчонки дрожал от подступающих слёз.

— Насть, давай без сцен. А? Я изменил тебе, какие оправдания ты хочешь от меня услышать?

— Я просто думала, что твой холод по отношению ко мне это временно. Думала, ты так пытался отстраниться от той ситуации. Но я же говорила, что твоей вины в этом нет и …

— Настя! — рыкнул я на неё. — Не неси чушь! Ты просто мне надоела. Я пытался тебе это показать. Всем своим видом, отношением. Но ты всё продолжала строить святошу, готовую прости всё и всем. Ты не нужна мне рядом! Так понятно?

— Я … я не понимаю, Алекс. Мы же столько времени вместе. Все было замечательно. А после того случая, тебя словно подменили.

Господи Настя, ну почему ты такая? Другая бы закатила истерику, влепила пощечину. А эта девчонка стоит и со слезами на глазах пытается понять причину. И нет ли в этом её вины. А внутренний голос словно кричит: — За это ты и полюбил её, дурень. За её мягкость, доброту, открытость и любовь к этому бездушному миру.

— Это не первый раз? — бездонные голубые глаза смотрят на меня с мольбой. Ждёт, что я скажу первый и последний раз. Что я дурак и Бес попутал. Но говорю я совсем другое.

— Не первый. — эти слова бьют наотмашь. Настя отшатывается от меня. — И вообще, ты должна была вернуться завтра.

В общем, дальше был ад. Я смотрел, как моя девочка собирает вещи со слезами на глазах. Хотелось схватить её, прокричать, что это всё неправда. Что это всё фальш. Просить, чтобы не уходила. Не оставляла меня. Но вместо этого я вновь нацепил маску безразличия и молча наблюдал, как мой маленький ангел покидает меня.

Потом начались дни запоев и самопоедания. Пытался заглушить боль в сердце, всеми разными способами. Данил и Сан Саныч были в ужасе. Каждый из них пытался добиться правды и помочь мне выбраться из этой ямы. И если бы не они, я бы так и погряз в этом болоте. Сан Саныч однажды хорошенько так встряхнул меня. Вбил мозги на место. А Даня ему в этом усердно помогал. Ибо они не могли смотреть, как я разрушаю свою жизнь и падаю на самое дно. Да и тренер не мог мне позволить просерать своё будущее в грязных подпольных боях.

— Не этого брат хотел для тебя. — Сказал он однажды. И меня будто окатили ушатом ледяной воды.

Следующий год, я полностью посвятил себя на поиски компромата на босса. Втирался к нему в доверие. Чтобы стать чуть ли не правой рукой. Не с кажу, что легко мне это далось. Но постоянные победы и большой куш его радовали. А я старался быть услужливым. Даже несколько раз он отправлял меня на грязную работёнку. Выбивать деньги из должников.

Маленькими шажками я приближался к своей долгожданной свободе. И вот наконец настал тот день. Я пришёл к нему, выложил всё, что было на него. Ему же в свою очередь больше не чем было давить на меня. Про Данила он не знал, скрывал друга, как мог. И вот я передаю ему флешку, где столько было компромата, что на три пожизненных хватило бы. Взамен он обещает оставить меня в покое. И мы прощаемся.

Только тогда я не знал, что через долгих шесть лет, этот ублюдок вновь вернётся в мою жизнь. И заставит вернуться туда, от куда я так старательно выкарабкивался.

В понедельник, заканчиваются отведённые мне десять дней на раздумье. Я должен будут сказать о всем решении. И черт, я не принял его. А нахождение в пустой квартире, где нет её ещё больше усугубляло ситуацию. Все мысли крутились возле чертовки. О том, что произошло. Как она справляется со всем, что свалилось на неё по моей вине. И вот когда голова уже разрывалась от метавшихся мыслей, позвонил другу.

— Привет дружище. — отозвался Данил на том конце трубки.

— Братан, ты мне нужен. Я в полной заднице.

— Понял. Выезжаю. — как всегда, без лишних расспросов.

Не знаю, чем я заслужил такого друга. Но блять, я благодарен судьбе за него. Он прошёл со мной через весь геморрой, что творился в моей жизни.

Минут через двадцать, Даня стоял у меня на пороге.

— Ну, рассказывай. — Раздеваясь и проходя в гостиную начал он. — А то наша горяче любимая подруга, молчит, как партизан. И слово не вытянешь. Но тут и ежу понятно, что у вас происходит какая-то дичь.

— В общем, дело дрянь. Виктор Михайлович объявился. — повисла пауза. Я видел, как у друга побелели костяшки пальцев, от того, с какой силой он сжал кулаки. Не удивительно. Тогда ему тоже далось не малых усилий, вытянуть меня из того дерьма.

— Что ему нужно? Вы же вроде тогда всё порешали.

— Я тоже так думал. Но он решил, что у его обещания, есть срок годности. И он вышел. И я вновь ему понадобился. А самое страшное, что он уже успел добраться Леи. Черт! — и не дожидаясь вопросов, протягиваю другу телефон с видео.