А самое главное — мой. До последней своей мысли.

Я целую бабушку в щёку и спешу на улицу. Дилан, при виде меня, снимает солнцезащитные очки и оглядывает мою фигуру с головы до ног жадным взглядом. Я мгновенно смущаюсь. Он ловит меня за руку и притягивает к себе:

— Выглядишь потрясающе, Львёнок.

— Я подумала тоже самое, когда увидела тебя, — улыбаюсь я ему.

— Надеюсь, в школе меня по-прежнему бояться, — наигранно вздыхает он. — Я не планировал сегодня отбиваться от твоих поклонников.

— Вероятно, я буду выглядеть иначе, после поездки на байке, — смеюсь я. — Может, тебе и не придётся.

Дилан мгновенно мрачнеет:

— Прости, Бонни, я не подумал...

Я обхватываю его лицо ладонями и обрываю на полуслове коротким поцелуем:

— Это совсем неважно, Дилан. Я старалась для тебя, а не для других. Ты увидел.

— И запомнил, — горячо шепчет он у моих губ. — Спасибо, Львёнок.

Ронни

Я выбираюсь из лимузина и иду к дому своего Цветочка. Мне открывает дверь её отец.

— Здравствуйте, мистер Коллинз.

У меня отчего-то потеют ладони, хотя я тысячу раз приходил на воскресные обеды в этот дом.

— Здравствуй, Ронни, — кивает священник и сторонится. — Мелисса вот-вот спустится. Пожалуйста, проходи.

Мимо проносится ребятня, замечают меня и визжат хором, улепётывая куда-то в сторону кухни:

— Пришёл жених Мелиссы! Пришёл жених Мелиссы!

За ними несётся их отец, Адам, самый старший из братьев Мел.

— Привет, Ро, — кивает он мне на ходу. — А ну стоять, маленькие чер-р... ангелочки!

Из гостиной появляется Хьюго, опирается плечом на косяк прохода и хмыкает:

— Столько геля... Голове не тяжело?

Я тянусь пальцами к волосам и огрызаюсь:

— Причесался бы сам — глядишь, и нашёл бы, наконец, себе подружку.

Отец Коллинз раскатисто смеётся, Хьюго к нему присоединяется, а затем хлопает меня ладонью по плечу:

— Классно выглядишь, парень. Жаль, на рубашку денег не нашлось.

— Потратился на лимузин, — хмыкаю я в ответ.

Мы идём в гостиную, и, как я и предполагал, проводить Мелиссу на выпускной собралась вся её огромная семья.

Хьюго отводит меня в сторону и спрашивает:

— Цветок купил?

— Разумеется. За кого ты меня принимаешь?

— Честно?

— Валяй.

Хьюго усмехается, смотрит в сторону и говорит:

— Что ж, ты оказался куда благороднее, чем я думал. В тебе всё же есть ум и... красота, чего уж там...

— Эй, полегче, моё сердце надёжно занято твой сестрой, — усмехаюсь я.

Хьюго смеётся, качая головой, затем кивает:

— Да. Именно поэтому я принимаю тебя за своего брата. По рукам?

— Так уж и быть, — жму я его руку в ответ.

А в следующий миг Хьюго неожиданно хватает меня за плечо другой рукой и притягивает к себе:

— Но, если я узнаю, что ты сегодня распускал руки...

— Да-да, у тебя есть пушка, помню, — хмыкаю я.

— Отлично, — отпускает он моё плечо, чтобы хорошенько по нему хлопнуть ладонью. — Ум и красота, да. Так держать.

Я болезненно морщусь и смотрю в сторону прохода, откуда донёсся голос Мелиссы:

— Я готова идти.

У меня отвисает челюсть.

Нереальная...

На лице моего Цветочка едва ли присутствует косметика, но я могу поклясться, что не видел никого красивее неё в этом шелковом платье цвета топлёного молока. А добивает меня Мелисса тем, что робко улыбается и смущённо отводит глаза.

Свихнуться можно.

— Рот закрой, а то мозги простудишь, — смеётся рядом Хьюго.

Показываю ему средний палец так, чтобы не заместили остальные, и вынимаю из кармана пиджака коробку с цветком лилии, чтобы одеть браслет на кисть той, что каждую минуту своего существования сводит меня с ума.

Мелисса

Чем хороши выпускные балы — так это тем, что выпускники напрочь забывают то, кем они были в школе, что вытворяли и чем это закончилось, и просто наслаждаются хорошим вечером.

Закуски, танцы, фотосессии, пунш, незаметно от учителей разбавленный настоящим алкоголем... Выбор короля и королевы... Речь директора, в основном о том, что команда по баскетболу лишилась лучших её игроков за последние пятнадцать лет. Разумеется, в это время все взгляды ребят направлены на Дилана Холда, а он, в свою очередь, смотрит лишь на неё одну, на Бонни Лейн.