— Да что рассказывать, — обхватываю руками горячую чашку с чаем и утыкаюсь в неё взглядом. — Завёл вторую семью. Ещё одного сына родил. Богданом назвали. Любовница пришла ко мне домой и заявила, чтобы я от мужа отказалась.

— А ты и рада стараться! Надо было бороться! — злиться подруга.

— Ин, за что бороться-то? Она оказывается нашу семью целый год содержала. Игорь уже больше года, как работу потерял. Это так унизительно. Да и не смогу я с ним жить после предательства. Как отрезало. Ни любви, ни ненависти. Ничего к нему не чувствую, будто и не было его в моей жизни.

— Раз так, тогда всё правильно сделала. А сыновей и без него вырастишь. Если что надо обращайся, помогу. Сами-то мы с Лешкой только Катюшку родили. Больше Бог не дал.

— Ин, может ещё получиться? — стараюсь поддержать подругу, беря её за руку, увешанную золотыми кольцами. Не думала, что у моей подруги-хохотушки могут быть какие-то проблемы. Глядя на неё кажется, что в её жизни всегда всё прекрасно.

— Может и получиться. Но ты все-равно обращайся. Мы с Лешкой всегда тебе поможем.

— Конечно. Как там Алексей.

— Ой, он у меня золото! Ты его сейчас и не узнаешь. Растолстел на моих харчах, — светиться от счастья подруга. — А помнишь, как за тобой бегал?

— Помню, — улыбаюсь, вспоминая школьные годы.

— Я тогда так ревновала.

— Не знала. Почему не рассказывала? Не поделилась?

— А что тут скажешь. Нравилась ты ему. Хотя и шанса не давала. А когда ты выскочила замуж, тут-то он и заметил меня. Вернее, я заставила заметить. Пришла на встречу одноклассников вся такая расфуфыренная, юбка покороче, декольте поглубже. Челка колом. Ночь мы провели вместе. С тех пор и не разлучаемся.

— Ин, я очень за вас рада. Честно.

— Знаю, Вер. И я рада, что ты вернулась. И мне жаль, что с Игорем у вас не сложилось.

— Спасибо, Ин, — тихо отвечаю я. Как приятно осознавать, что ты не забыта. Что тебя до сих пор ценят и любят. Даже сквозь года.

5.

Следующее утро начинается с непривычной суматохи. Я словно в лихорадке собираю своих сыновей в школу, параллельно пытаюсь собраться сама. Сегодня первый рабочий день за все мои тридцать три года. Поджилки трясутся так, что из рук всё валится. То рубашку наизнанку надела, то соль вместо сахара в чай добавила, а мальчишек вообще забыла разбудить. Хорошо, что мама позаботилась об этом. Но несмотря на промахи я пытаюсь настроиться на нужный лад и собираться дальше.

— Мам, — подсаживаются ко мне мальчишки за стол, пока я завтракаю молочной геркулесовой кашей, сваренной ранним утром заботливой мамой.

— Да, Саш, — отвечаю с набитым ртом вопреки моим же советам не разговаривать во время еды.

— А когда мы папу увидим? — посмотрел на меня жалостливо Павлик. — Когда он приедет?

Я теряюсь. Мой рот так и застыл, наполненный тягучей кашей. Нежный сладкий вкус вдруг резко превратился в пресный.

Вот что им ответить? Несмотря на поступок Игоря, я не хочу его порочить в глазах сыновей. Пусть он остаётся для них любимым папой. Я с трудом проглатываю овсянку и пытаюсь подобрать слова.

— Мальчики, я пока не знаю, когда вы сможете встретиться с папой. Его с работы не отпускают. Но как всё разрешится, так он сразу и приедет, — бесстыдно вру сыновьям. Надеюсь, это ложь во благо. Пашка вздыхает, а Сашка недоверчиво продолжает на меня смотреть. Вырос парень, понимает, что я что-то недоговариваю.

— В школу опоздаете, идите собирайтесь. Да и мне пора, — поднимаюсь из-за стола и бегу на выход. В прихожей запутываюсь волосами в подвесках, которые мы когда-то с мамой вдвоем делали из старых открыток. Сейчас они меня раздражают. Понимаю, что дело не в них, но хочется на ком-то или на чем-то отыграться. Резко дёргаю прядь волос, от чего одна висюлька растекается на полу лужицей. Поправляю прическу и бегу на работу.

Приемная встречает меня тишиной и запахом канцелярки. Переодеваю обувь, плащ вешаю в платяной шкаф и сажусь за рабочее место. Всё мне кажется таким непривычным и необычным. Провожу руками по столу, по телефону. На компьютер смотрю, как на заразу. Боюсь его трогать. Страшно представить, что мне придется на нем работать. Ведь я даже включать его не умею.

В приемную влетает незнакомая женщина и, размахивая бумажкой, кричит:

— Срочно! Мне срочно!

— Что случилось? — сразу придаю голосу деловой тон.

— Важный документ! Телефонограмма! Нужно отправить. А у меня факс сломался. Поможешь?

Я согласно мотаю головой.

— Только я не умею пользоваться аппаратом? — стыдливо признаюсь я.

— Проще пареной репы. Сейчас научу. Меня кстати Катей зовут. Тебя как?

— Вера.

— Ты у Михалыча новый секретарь?

— Да.

— Ну привет коллега, — радуется женщина. — Я тоже секретарь. Только у руководителя исполкома. Здесь недалеко. Если что обращайся, — Катя обогнула стол и придвинула к себе телефонный аппарат.