Девушка сжалась, наблюдая за ним. И не могла ответить. Тогда он уставился на нее этими пустыми глазами, его гнев наполнил весь зал, даже ксеноморфы ощущали ярость, их хвосты дрожали. Обе твари, так же как и испуганная землянка застыли от страха. Девушка никогда в своей жизни еще не сталкивалась с таким влиянием и таким лютым гневом, как сейчас исходил от этого хищника. Казалось, еще не много и он просто разорвет всех на части, позабыв о своих планах. По ощущениям было похоже, что он будет рад только, если всё и все вокруг погибнут в таких же муках и страданиях, которые довелось ему испытать, а может и более жестоких.

— Ууманка знает, что в природе может быть такое существо — смесь ксеноморфа и яутжа — предалиен?

— Нет, — не отрывая от него взгляд сказала Тара.

— Ты знаешь, как размножаются каинде-амедха?

— Знаю.

— Так вот если фейсхаггеру удается поместить свое яйцо в тело яута, то впоследствии появляется это создание. Оно считается омерзительным, противоестественным, оскверняющим воина чести! Позором! Хоть я и не появился на свет подобным образом и имею гены кианде-амедха, внедренные искусственно, моя внешность значительно отличается от естественного гибрида, но отец смотрел на меня как на свой позор! Ну что же, ему пришлось поплатиться за это. Я олицетворение мерзости для всех яутжа, что живут по Кодексу Чести. И хоть они сменили свой Кодекс на новый, но их суть остается прежней — презирать все, что выглядет по другому и убивать тех, кто хоть как-то от них отличается. По этой причине, ууманка, тебе будет лучше рядом со мной, чем среди лицемерных воинов Чести. Со временем, я перестал ненавидеть себя за это, я стал гордится тем, что часть меня принадлежит этому по истине великолепному созданию, идеальному организму. Эти гены дали мне многое, больше чем отняли яутжа. Мне доставляет удовольствие наблюдать, как морщатся яутжа при виде меня, какое отвращение они испытывают.

Тэрегэн резко отошел от ууманки, понимая, что подобрался слишком близко и скоро уже не сможет сдерживать ни свой инстинкт продолжения рода, ни гнев что овладел им. Он закрыл глаза и сжал пасть, резко убрав свой гнев обратно в глубину сознания.

— Война яутжа дошла до величайшего кровопролития внутри одного народа, хоть и с различными путями развития, народов которые сотрудничали делали друг друга лучше. Яутжа защищали аттури, а аттури готовили и разрабатывали новые виды техники, медицинской помощи и оружия. Яутжа хотели, чтобы все без исключения тратили многие годы на обучение охоте, а аттури были категорически не согласны тратить время на путь крови, вместо того чтобы изучать науки — эта версия сейчас распространена на Атолле, верно?

— Да, — кивнула ууманка.

— Это не правда! — Тэрегэн уселся в свой трон, смотря на съежившуюся землянку с высока.

— Когда охотники — войны чести, без ведома аттури высадились на планете — Анаптикс, чтобы начать истребление, прошло уже много времени с начала экспериментов. Были выведены гибриды с различными существами. Некоторым удалось выжить и многие уже успели созреть. Они жили вдалеке от охотников. Возможно кому-то было лучше и вовсе умереть стоило только появиться на свет — слабым и больным, но ученые упорно двигались к своей цели и наблюдали за эволюцией гибридов, им необходимо было собрать данные о том, сколько лет они проживут и как будет меняться их внешность, способности на протяжении жизни. Но яутжа прознали об этом и увидев результаты исследований в виде уродливых особей — разгневались. Их ничто не помогло убедить в полезности гибридизации, даже проект по созданию специального отряда воинов-гибридов с анаптиксами — конечная цель исследований. Анаптиксов считали виновниками всех бед с гибридами, ведь это они впервые предложили такой вариант, имея большой опыт в этом деле. Кровавые охотники полностью уничтожили цивилизацию и вернулись на Аттур, чтобы закончить дело и избавиться о малейшем напоминании о былых экспериментах и гибридах. Они казнили ученых, включая нашу мать. Меня приказали убить собственному отцу. Но ему, как видишь не удалось сделать это, я успел уползти от него — слабый и беззащитный, уродливый малек. А Радгара посчитали чистым, ведь на нем не было признаков гибридизации, оборудование было уничтожено и проверить наверняка, они уже не могли.

Тара слушала его с широко раскрытыми глазами и не могла поверить в то, что попала в эпицентр инопланетного скандала, оказалась носительницей генов ненавистного вида. Когда она приняла решение покинуть родную планету, она и представить себе такого не могла. Она лишь хотела спокойной жизни под защитой любимого. Тэрегэн молчал, давая землянке время переварить услышанное.

— Радгар ничего этого не знает, — тихо сказала она.

— Нынешний Предводитель Кланов Атолла в сговоре с Исхиром — старейшиной Древних очень хорошо замел следы и уничтожил все данные о событиях той войны, создав совершенно новую идеологию. Те, кто еще остался в живых и знал об истинных причинах войны ятужа и аттури поклялись молчать, в противном случае — смерть. Всех, кто имел хоть малейшие противоречия — уничтожили.

— Предводитель знает о Радгаре?

— Вероятно он догадывается, но он и понятие не имеет о генах, что скрываются в его доверенном арбитре.

Девушка нахмурилась. Она переваривала услышанное, продумывая дальнейшие действия, пытаясь оттолкнуть страх неизвестности от себя по дальше. А Вождь внимательно наблюдал за ней, ощущая каждую вибрацию исходившую от нее.

— Как ему удалось скрыть это от всех? — не переставала задавать вопросы Тара.

— Ты слишком любопытная самка, возможно я расскажу тебе, но не сейчас. Встань и иди есть! Ты плохо выглядишь, ты слаба! Скоро к тебе придёт уже знакомый тебе Фат’дэт. Если не будешь есть, он сделает тебе инъекцию.

Сиан был крайне недоволен, что Предводитель вдруг пожелал видеть его и арбитра у себя в зале Совета. Вероятно, Предводитель решил провести с ними какую-то беседу в связи с Состязаниями. Но как же не вовремя! Ведь его ждёт молодая самочка!

Сиан решил, что лично зайдёт к арбитру и сообщит о просьбе Предводителя. Как ни странно, дверь в его жилище была раскрыта. Молодой охотник сразу же заметил не ладное, увидев кодовый замок, полностью вывернутый из металлической выемки в двери. Сын Предводителя зашагал быстрее и вторгся на территорию арбитра, пребывая в тревожном состоянии, ведь все, что он увидел свидетельствовало о взломе — немыслимом на Атолле преступлении! Кто мог посметь сделать это? Кто смог взломать покои Арбитра?! Получается, этот кто-то наплевал не только на Кодекс Чести, но и лично на самого арбитра!

Молодой охотник застал Радгара, когда тот раскрыв все отсеки настежь медленно обходил каждый в поисках каких-либо следов. Радгар выглядел спокойным, скрывая за каменной маской медленно тлеющий гнев. Сын Предводителя так четко улавливал это, будто его ярость стоит рядом с ним, как живая, движущаяся в пространстве сущность. Огромные лапы арбитра были сжаты, даже сосуды проступали сквозь толстую кожу, на столько он был напряжен. Но тем не менее, арбитр сосредоточился на поисках следов.

Сиан не мог решиться с ним заговорить — боялся, что этим вызовет прорыв и весь гнев и злость, что зрела внутри Радгара обрушиться на ни в чем неповинного охотника. Он заметил, что нигде нет землянки, хотя её запах ощущался очень отчётливо и до него наконец дошло: ууманку забрали. Забрали самку Арбитра!