– А вы все чего здесь делаете? – гневно прикрикнул Тибо, в то время как Эма знаками просила всех выйти.

– Мы… мы как раз уходим, сир, – сказал Феликс, подталкивая Лисандра к дверям.

– Почему? – Лисандр сопротивлялся.

– Потому.

– Я подам вам обед, – объявил Манфред самым будничным тоном.

– Я встану на страже, в коридоре, – решил Лукас.

Только врачи задержались.

– Ну и? – рассердился Тибо. – Отвечайте! Что вы тут делаете?

– У вас лихорадка, ваше величество. – Фуфелье замялся. – Вы… вы плохо себя чувствуете.

– Я сам решаю, хорошо я себя чувствую или плохо!

С Тибо ручьями тек пот, руки его дрожали. Он никого не узнавал. И все же Блезу удалось подтянуть его чуть ближе к поверхности.

– В таком случае, ваше величество, нам нечего сказать, – сдался Плутиш, которому унижения хватило с лихвой. – Пейте отвар ромашки, избегайте сквозняков, съешьте немного меду и побольше спите.

– И чуть что, сразу посылайте за нами, сир, – решил все-таки прибавить Фуфелье. – Чуть что, мы сразу…

Лукас потянул его к дверям, и врач ушел, горбясь под тяжестью своего чемоданчика. Блез тоже собрался уходить, но Тибо его остановил:

– Ну нет. Вы – останьтесь.

– Мне остаться, сир?

– Да. Вы останетесь и объясните мне кое-что.

– С удовольствием, ваше величество.

Тибо подошел к камину и опустился в кресло рядом с шахматной доской. Заметив расположение фигур, он нахмурился. Урывками стало всплывать воспоминание о сокрушительном поражении от капитана Лебеля. Он отмахнулся от него и вдруг согнулся пополам.

– Хочу есть! Ай! Есть, хочу есть!

– Сейчас Манфред принесет обед, совсем скоро, – попыталась успокоить его Эма.

Тибо корчился от боли.

– Больно, больно, везде больно!.. Кислота, это все кислота, она разъест мне все нутро… Больно, больно, больно!

Жалобные крики застали Эму врасплох. Но она узнала невыносимую боль, какую почувствовала сама, когда исчез Тибо, и которой мучился его конь Эпиналь, вернувшись из запретного леса. Эма нежно коснулась волос Тибо, погладила затылок, плечи. Он взял ее руку и сжал так, что едва не сломал.

Блез наблюдал за всем с большим любопытством. Он не знал, от чего страдает король, но хотел узнать об этом как можно больше. Понемногу напряжение короля спало, и он в изнеможении откинулся на спинку кресла.

– Эма? Эма?

Она встала прямо перед ним, но Тибо все искал ее. Блез тут же взял ситуацию в свои руки.

– Будьте с нами, сир. Тибо? Тибо!

Он похлопал его по колену. Тибо с силой оттолкнул его. Блез приземлился на заднее место, улыбаясь и искренне радуясь выпавшей ему увлекательной роли.

– Посмотрите на меня, сир. В глаза.

– Смотреть-то особо не на что. Сидите на моем ковре, как карапуз в песочнице.

– Хорошо, очень хорошо, ваше величество, – похвалил его Блез.

– Кто вы такой, для начала?

– Меня зовут Блез де Френель.

Как раз в этот деликатный момент и появился Манфред с горой съестного, будто на целую экспедицию в Бержерак. Увидев, что Блез расселся на ковре, он лишний раз усомнился в его методах.

– Спасибо, большое спасибо, пока что это все, – поблагодарила Эма.

– Вы уверены, моя королева?

– Уверена.

– Я вернусь закончить туалет его величества, госпожа? – уточнил Манфред в надежде поскорее избавить короля от бороды.

– Позже.

– Тогда я приведу в порядок комнату, ваше величество?

Тибо запретил ему входить в кабинет в свое отсутствие, и Манфред с нетерпением ждал случая для уборки.

– Позже, все позже.

Манфред наконец уловил, что Эма от него хочет. И исчез.

– Кто это был? – спросил Тибо. – Мужчина со столиком на колесах и огромной связкой ключей – как его зовут?

– Манфред. Его зовут Манфред. Он камергер, твой камергер.

– Мой камергер? Ха. Можно подумать, я король…

Эма бросила Блезу полный отчаяния взгляд, но у него глаза светились надеждой. Лосося он пока не подсек, но тот, похоже, заглотил наживку. Пока Эма наполняла тарелку Тибо, Блез продолжал медленно, громко и четко говорить:

– Сейчас вы поедите, сир. Вы поедите и восстановите силы.

Эма положила Тибо его любимые креветки в лимонном желе, но он только поморщился:

– Кофе. Хочу крепкого кофе. Очень крепкого.

– Тибо, не на голодный желудок.

– Кофе. У меня мозги всмятку.