Я смотрела на рыцаря, гадая, заметил ли он. Риз выпрямил спину и прожигал взглядом своего брата, словно они вели некий бессловесный разговор, который я не понимала.

— Здравствуй, Морган, — я попыталась улыбнуться. — Триндон.

Лицо брата Риза смягчилось, когда он повернулся ко мне, и показалось, его недовольство не связано с тем, что он имел что-то против меня.

— Добрый вечер, Амалия. Как там Гейдж?

— Болезнь добралась до Солета, — ответил Риз, не давая мне вставить слово. — Гейдж заразился.

Морган и Триндон в ужасе посмотрели на своего лидера. Я сжала рукой спинку стула и поспешила присесть, пока ноги ещё слушались.

Риз сказал, что с Гейджем всё будет хорошо. Он сказал…

Но лица его товарищей говорили об обратном.

— Как болезнь оказалась по эту сторону Разлома? — воскликнул Морган.

Как бы мне ни было страшно, мой мозг зацепился за эти слова, прокручивая их вновь и вновь. По эту сторону Разлома?

По эту?

Риз, помрачнев, помотал головой. Но не успел ответить, как я подняла руку, привлекая внимание. Посмотрела прямо на Моргана, озвучивая терзающий меня вопрос:

— Что ты имеешь в виду?

Он свёл брови и отсел подальше, медленно поворачивая голову к Ризу, как если бы спрашивал у своего командира, как ему исправить допущенную ошибку.

Я развернулась к Ризу:

— Скажи мне.

Риз выглядел взбешённым, но не из-за меня. Морган вздрогнул и опустил глаза. Взгляд Триндона метался между нами тремя, но никто ничего не говорил.

Вместо ответа мне Риз обратился к своему брату:

— Утром мы выдвигаемся на север. Ты уже переболел, поэтому я хочу, чтобы ты остался в Солете и присмотрел за Гейджем. Помоги врачам, насколько сможешь.

Триндон кивнул.

Затем Риз перевёл взгляд на Моргана.

— Ты уже болел?

Морган покачал головой, всё так же не поднимая глаз.

— Тогда тебе нужно будет держаться подальше от Триндона, пока нас не будет. Проследи за ростовщиком, убедись, что он не отправит никого следить за нами.

Морган кивнул.

— Если всё пойдёт хорошо, мы вернёмся через полторы недели.

Видимо, Риз сказал всё, что хотел, потому что сразу после этого он взял меня за руку и повёл через таверну к выходу. В моей голове словно жужжал рой пчёл и я не могла ясно мыслить. Постоянно повторяла про себя слова Моргана. Все их разговоры были как кусочки мозаики, которые не сходились вместе.

Я понимала, что это значит, но это ведь было невозможно. Никто не мог пересечь Разлом. В этом и была суть его создания.

Как только мы вышли на улицу, я потянула Риза за руку, чтобы тот остановился.

— Нам надо поговорить.

Я ждала, что он начнёт уклоняться или просто проигнорирует мои слова, но он кивнул.

— Когда вернёмся в поместье.

Дорога обратно длилась, кажется, целую вечность, хотя дом находился не так уж далеко от городских ворот. К нашему возвращению уже начинало смеркаться, но мой новообретённый страх перед тирейтами потеснило беспокойство, вызванное словами Моргана.

Эмбер встретила нас, как только приблизились к поместью, и я немного успокоилась при виде неё. Она проследовала за нами к загону, куда мы завели лошадей, а затем снова убежала играть к озеру.

Как только Риз закончил с лошадьми, мы зашли в пустое поместье. Внутри было темно, но странного холодка, который я ощутила вчера, уже не чувствовалось. Эмбер забежала за нами, ничем не обеспокоенная.

Мы зажгли свечи и лампы, потом Риз занялся огнём в камине. Всё это время мы молчали. Словно после вчерашнего нападения нам нужно было первым делом обеспечить свет, а потом уже всё остальное. Или Риз просто тянул время.

Что, на мой взгляд, было вполне вероятно.

Когда откладывать разговор стало уже некуда, рыцарь отвёл меня в гостиную. Я заняла место на диванчике у камина и повернулась к нему, сложив руки на колени. И ждала.

Он сел в кресло напротив с видом преступника, идущего на казнь. Рыцарь явно не горел желанием начинать разговор.

Ладно. Решила начать сама.

Я смотрела на него тяжёлым взглядом, внимательно наблюдая за его реакцией:

— Риз… ты пересекал Разлом?

38

Риз

Всю дорогу до поместья я безуспешно пытался придумать разумное объяснение беспечным словам Моргана.

Но ничего не приходило на ум.

Я был не готов рассказать Амалии правду. Эту тайну я бы предпочёл унести с собой в могилу. У нас было слишком мало времени вместе.

Я присел в кресло напротив неё, чуть ли не мечтая, чтобы из-за угла выскочил тирейт. Уж лучше было сразиться с дюжиной тварей, чем признаться Амалии.

— Риз, — начала она осторожно, не сводя с меня своих прекрасных глаз. — Ты бывал в Дрейгане?