Шрифт:
— Ивановна, пейте чай, я схожу разберусь. — заверил начальницу Иван Сергеевич, талантливый хирург, два часа назад оперировавший непослушного больного. — Если сам не справлюсь, Тася вам позвонит…
Глава 4
Денис Хворостов, сотрудник ЧОП «Легион»
8.04.2008. Ярославль.
Обожаю первые часы после сдачи дежурства сменщику. Отписался, сдал ключи, и свободен, на целых два дня! Спи, гуляй, блаженство, одним словом! Выехав за проходную в наилучшем настроении, заехал по дороге домой в «Лотос», жадно забил телегу продуктами, без спешки завёз покупки домой, поболтал у подъезда с соседом, Степанычем. Старый хрыч, любитель пришельцев и шапочек из фольги, в этот раз поведал, что в Москве на улицы выпустили боевых людоедов из секретных лабораторий кровавой гэбни. Мол, на Красной Площади средь бела дня чуть ли не президента съели…
Расставшись с запойным фантазером, я вытряхнул из ушей насыпанную им клюкву, плотно пообедал, слушая свежий концерт «Чайфа», и рванул к Саньке на работу, забирать любимую домой. По пути загнал свой трехдверный «Паджеро» на шиномонтаж, заменить наконец-то зимнюю резину и сделать балансировку колес. Попивая кофе из пластикового стакана кофе, полчаса любовался проходящими мимо девушками, быстро оголивших ножки под ласковым солнышком, прогнавшем слишком долгую зиму. Когда механик сообщил о конце работы, расплатился и запрыгнул в удобное кресло своего железного коня. Мягко шурша колесами по асфальту, выехал обратно на проспект Октября, оттуда на проспект Ушинского, а с него, через Богоявленку [9] , на Московский проспект. Центр города жил бурной, активной жизнью, словно не чувствуя разгар рабочей недели — по тротуарам шествовали толпы молодых мужчин, увешанных символикой московского «Спартака» и ярославского «Шинника». Ага, сегодня же товарищеский матч, всю неделю об этом на работе мужики спорили, да афишами город оклеен…
9
Богоявленская площадь, г. Ярославль.
На проспекте меня встретила очередная неожиданность — по встречной полосе двигалось непривычно много машин с московскими номерами, создавая совсем не шуточную пробку. Часть едущих сворачивала на Большую Октябрьскую, остальные, закрыв дорогу сплошным железным ковром, дожидались своей очереди. Наша полоса тоже встала, видимо, впереди на перекрестках кто-то кого-то не мог пропустить. Как всегда…
Рассматривая сидящих в московских машинах, я не мог отделаться от мысли, что здесь что-то не так. На фанатов «Спартака», едущих на сегодняшний матч с «Шинником», большинство из них не были похожи. Простые мужики, женщины, дети, старики… В значительной части машин люди сидели вчетвером, с баулами на руках. Не иначе, как туристы. Хотя… Куда их столько едет? Пред-пасхальная ярмарка, что ли, в окрестностях Ярославля начинается, а сегодня кажется, Благовещение? Определённо, стоит хотя бы иногда включать телевизор, или радио слушать. А, ладно, у Саньки спрошу, она хоть интернет читает, должна быть в курсе событий…
Наконец, протиснувшись на Малую Пролетарскую, я довольно быстро добрался до Речного порта, припарковавшись на полупустой стоянке перед воротами. Пока я гулял и стоял в пробке, часть сотрудников наверняка разъехалась по домам. Алька, после моего звонка о приезде, выскочила довольно быстро, видимо на проходной ожидала, в полной боевой готовности.
— Мяу!.. — первое, что сказала Саня, забравшись в машину. — Милый… Я так тебя ждала!
— Мур! — мой отзыв на интимный пароль не оригинален, но всегда по месту. — Пробка на мосту. Москвичей на дороге почему-то много, весь проспект забили.
— А ты ничего не знаешь? — Алька сделала круглые глаза, искренне удивившись. — Там, в Москве, такие ужасы творятся! Мы с девочками видео смотрели в интернете, и на всех форумах пишут!
— Ага, боевые людоеды президента съели, как же! — вспомнив разговор со Степанычем, глумливо ответил я.
— Деня… — моя любимая вдруг стала серьезной, в глазах промелькнула тревога. — На самом деле, в Москве людей едят на улицах… Много роликов и фоток, ужас просто!
— Аля… Ну что за бред? Очередной Мигалков или Понтарчук снимают очередное говнокино, запустили ролики в сеть для раскрутки. А вы и ведетесь! Вон, сейчас домой поедем, увидишь сколько спартаковцев по центру с мясными флагами ходит. Если бы там людей на улицах ели, в Белокаменной давно бы войска на улицах были, а не в футбол играли!
Кажется, мои слова подействовали на Саню, она сразу успокоилась и расслабилась. Накрыв мою руку своей, изящной и нежной ручкой, она улыбнулась, и я завел машину. Скоро окажемся дома, а там… Соскучился по ней…
Домой добирались непривычно долго. Сначала по Московскому до моста, затем через площадь и Первомайскую. На улицу Свободы сворачивать не стал, она всегда забита, хоть так и ближе. Саня сидела молча и рассматривала происходящее на улицах. Стайки фанатов обеих команд предстоящего матча, размахивали шарфами и флагами, пивными банками, орали свои кричалки, причем местами встречи фанов с милицией выглядели совсем не мирно… Улица Кирова, наш местечковый Арбат и Бродвей в одном флаконе, был забит людьми, как в праздничный день. Глядя на всё это, моя женщина окончательно расслабилась, то и дело бросая в мою сторону шаловливые взгляды. Вечер предстоял жаркий…
Добравшись, наконец, к дому, я вспомнил, что за сегодняшней суетой, забыл о главном — днем звонил Бэтэр, предупредив о том, что заедет ненадолго в гости. И он туда же, в бесконечную вереницу московских визитеров, а у меня, как на зло, ни капли топлива для заправки бронетранспортера… Отправив Альку домой, я быстрым шагом отправился в ближайший магазин, за необходимым атрибутом мужских посиделок.
С бутылкой в руках, и улыбкой на лице, счастливой от предвкушения приятного вечера, я почти вбежал во двор, на ходу доставая из кармана ключи с «таблеткой» от двери в подъезд. Внезапно, мой взгляд зацепился за знакомую фигуру немалых размеров, протиснувшуюся в тесную калитку обветшалой ограды за домом. Игорь, мой друг и сосед, тащил кого-то, едва не взвалив на плечи.
— Денис! Открой, пожалуйста, подъезд! — Лукин тоже увидел меня. — Коляну с первого этажа плохо, помочь надо!
Присмотревшись к мужику, висящему на могучем плече Игоря, я узнал Николая с первого этажа, по жизни мутного типа. Похоже, опять вляпался куда-то — бледный, рука забинтована. Или перепил с утра, с ним такое не раз случалось. На ногах не стоит просто.
— Может, ему в больничку надо? — спросил я, придерживая дверь в подъезд. — Чет он совсем плохой…
— Скорые возле «Шинника» все, там кипеш какой-то. Фаны подрались, что ли. Ментов куча. Сейчас его положим дома, если что, на руках отнесем в ближайшую, на дорогах сам видишь, что творится.