Шрифт:
Два дня назад Шаловна умудрилась поймать меня сразу после совещания.
– Глеб Викторович! Алеся в декрет ушла. Нет, просто улетела. Что теперь делать, ума не приложу.
Я очень спешил, но понимал, что отделаться от ретивой начальницы поломоек мне не удастся.
– Кто есть Алеся?
Томрико округлила глаза.
– Как, кто? Ваш клининг-менеджер. Она как раз за пятый этаж отвечала.
– Да?
Народу на пятом, где, между прочим, располагался и мой кабинет, вертелось предостаточно. Ни именами, ни фамилиями уборщиц я никогда не интересовался. Других забот хватало. Я удовлетворялся тем, что отдел кадров самостоятельно одобрял или не одобрял кандидатов, да Томочка после досконального допроса ставила на заявлении счастливчика свою размашистую подпись.
– Глеб Викторович! Она уже пятая, пятая за год.
Я выгнул бровь. Шаловна пояснила.
– За год пять клининг-менеджеров с Вашего этажа отправились в декрет. Скажите, что Вы с ними делаете?
Лично я с ними ничего не делал. Но вопрос казался весьма занятным.
– В чём проблема? Возьмите бабушку. Старушка точно в декрет не улетит и даже не доковыляет.
Тамрико покачала головой.
– Всё бы Вам шутки шутить. Бабушка не справится. Объёмы большие. Нужна молодая и выносливая.
Моё терпение иссякло.
– Тамара Шаловна! Не забывайтесь. Это Вы у нас умывальников начальник. Решите как-нибудь данную проблему сами.
Тома кивнула.
– Уже решила. Вот счёт.
Взглянув на протянутый лист, я вздрогнул.
– Что это за сумма? Вы решили приобрести японского робота?
Женщина фыркнула.
– Это объявление об открытии вакансии для трёх радиостанций и ТВ. Подпишите, будьте так любезны.
Во дела! Я и не думал, что поиски обычной уборщицы обойдутся в размер её годового жалования. Аккуратно свернув лист, сунул в карман пиджака.
– Давай так. Поищите среди знакомых, вывеску на центральную дверь водрузите, мол, приглашаем и т. д. А, если не найдёте, мы вернёмся к этому вопросу через неделю.
Глаза Томочки заблестели недобрым огнём.
– Через неделю? Катастрофа! Ладно. Разрешите идти?
Этот разговор состоялся два дня назад. Неделя не прошла. Так что ещё приключилось?
– Слушаю Вас, Тамара Шаловна! Что стряслось на этот раз?
Трубка зашипела. А потом послышался голос с мягким грузинским акцентом.
– Тимофей Илларионович ногу сломал. Дождались.
– Наш охранник?
– Да. В туалете на луже поскользнулся.
– Тамрико закипала.
– Вы извините, но у меня катастрофически не хватает людей. Девочки итак из сил выбиваются. Они не могут устроить круглосуточное дежурство на этаже администрации. Я… я…
– Успокойтесь, пожалуйста. Сейчас мне нужно выехать на объект, а завтра я подпишу счёт и лично передам его в бухгалтерию. Договорились?
Тамрико сменила гнев на милость.
– Ладно. Тогда до завтра.
День пролетел быстро. Я успел побывать на трёх объектах и устроить разгон субподрядчикам. Пришлось самому показать, что значит, укладывать кирпич ровно. Устав и замёрзнув, как чёрт, думал лишь о горячей ванне. Телефонный звонок от Риммы прозвучал очень некстати.
– Глеб Викторович! Вы не забыли? У Вас сегодня ужин с клиентами в «Рандеву». Да, да, с теми самыми.
Твою дивизию! А я ведь забыл. Совсем из головы вылетело. Осмотрев свой пыльный костюм и безнадёжно испорченные ботинки, чуть не завыл.
– Конечно, помню. Поройся у меня в шкафу. Там есть чистые брюки?
Римма застучала каблучками.
– Нет, Глеб Викторович. Ничего не осталось. Видимо, я всё в химчистку сдала.
Я мысленно выругался.
– Придётся домой ехать.
Дав отбой, кивнул водителю Сашке.
– Разворачивайся. В центр.
Глава 4
В моей квартире опять царил бардак. Дорожка из сброшенных на пол вещей вела от ванны к спальне. Я тяжело вздохнул, собирая гардероб жены. Войдя в комнату, уже открыл рот, чтобы сделать последнее китайское предупреждение, но, увидев, что творится на кровати, передумал.
Маринка лежала на атласном покрывале с широко разведёнными коленями и активно работала вибратором. Она даже не взглянула на меня. Странная индийская музыка и приторные благовония заполнили просторное помещение, вызвав у меня приступ тошноты. Свалив вещи супруги в угол, я выключил систему и, подойдя к окну, широко распахнул створки.
Волна свежего воздуха хлынула в спальню вместе с шумом центральной улицы. Маринка вытащила из себя член на батарейках и одарила мутным взглядом.
– Что ты творишь?