Я думала, его отъезд принесет мне тоску и тонну самокопаний, но нет, не думать о нем получалось. Только перед сном, когда измотанная общением с ребятами, я закрывала глаза, то мысли возвращались в ту спальню на втором этаже. И холодный потемневший взгляд маниакально проникал под кожу. От навязчивых липких мыслей о Хедере не получалось никак отделаться.

Приезд Тома удивил и обрадовал одновременно. Когда мы прощались в аэропорту, я думала это все, последний наш разговор в реальной жизни. Но спустившись утром вниз, обнаружила на своей кухне гостя. Отец впустил его, а сам убежал на работу.

— Если что, твой завтрак я съел. Ты слишком долго спишь, космос, — парень обнял меня, а я продолжала стоять, не веря, что все это происходит не во сне. — Эй, ну ты чего, тормознутая такая?

— Ты что здесь делаешь? Или это галлюцинации?

— Ночью сегодня прилетел. Давай, иди, одевайся, красься. Или, что вы там обычно девушки делаете? Я нереально соскучился по городу.

Я ошарашено побрела назад, обернувшись перед подъемом по лестнице. Парень сидел и щелкал клавишами на пульте. Осознание постепенно приходило ко мне, и, не желая больше тратить драгоценное время, я взбежала по ступенькам. На сборы ушло не более 15 минут. Том при виде меня расплылся в улыбке и, взяв у меня рюкзак, набросил его на свое плечо.

— Ты надолго вернулся?

— Дом продавать передумали, так что теперь я тут надолго. Причем абсолютно один в доме, чувствуешь этот прекрасный запах свободы, — парень обнял меня за плечо и блаженно прикрыл глаза, словно вдыхал запах любимого блюда.

— Ты главное не разнеси его, а то с тебя станется.

— Но это не все новости. Через полторы недели, выхожу на работу. Так что на все тусовки меня теперь физически не хватит.

— Боже, где Том? Молодой человек вы кто, и куда делся мой друг? Звонкий и такой заразительный своей беззаботностью смех прокатился по улице.

— Надо же и мне однажды повзрослеть. Ты, я смотрю, тоже время зря не теряла, — нравоучающие нотки проскользнули в его голосе.

— Том, слушай, я знаю, что раньше у нас с тобой не было секретов, но, — я не успела договорить.

— Их и сейчас не будет. То, что мы не виделись какое-то время, не значит, что мы стали душевно дальше друг от друга. Ты для меня все та же мелкая девчушка с ободранными коленками и рассеченной бровью, а для тебя я все тот же балбес. Мы всегда будем этими людьми, что бы у нас не произошло в жизни.

А ведь он все верно сказал. От себя не убежишь. Я бросила короткий взгляд в сторону Томми, просто чтобы понять его настрой. И на мое удивление он говорил серьезно. Раньше в нем не часто можно было наблюдать это качество. Мы обошли все улицы, с которыми нас так многое связывало. И я, хоть и не покидала город, но полностью разделяла чувства друга. Перед глазами бежали картинки дошкольного и школьного времени. Вызвонив Эда и остальных ребят, мы назначили встречу на вечер. И было смешно слышать по громкой связи удивленный голос и долгое молчание на том конце телефона. Все-таки Том и Катрин делали мою жизнь более насыщенной. И поняла я это только в тот момент, когда они оба покинули меня.

Долго болтали и смеялись, оказывается, за такой короткий период времени с ним столько всего успело произойти. Моя жизнь тоже не стояла на месте, но рассказывать про Хэдера не хотелось совсем. И я рада была тому, что друг не спрашивал об этом. А спроси он, я не нашлась бы что и ответить.

– Слушай, ты же не позавтракала совсем. Вот я дибил. Не дай бог в обморок свалишься! И схватив за руку, Том потянул меня в кафе.

— Такая погода хорошая, давай лучше накупим булочек и завалимся в парк.

Улыбнувшись, друг легко и быстро согласился. И через каких-то пол часа мы уже были в Центральном парке, том самом, рядом с домом Хэдера. Но стараясь не думать о хозяине дома, я отвлеклась, увлеченно слушая все, что говорил Томми. Друг, боясь за мои светлые джинсы, постелил на траву свою рубашку, а сам уселся на газон рядом.

— Но больше всего мне в Праге понравились клубничные вафли.

— Что, они были даже вкуснее чем те, что мы делали в детстве?

— Да нет кончено. В детстве все было самым вкусным, самым мягким, самым теплым и самым добрым. Мы были чище и ощущали все иначе, нежели сейчас.

— Да, тогда все было по-другому.

— А вафли эти, попробуешь сама и потом расскажешь мне. Давай, когда будет праздничный день, слетаем туда. Как раз три выходных получится.

— Я не знаю даже, отец на вряд ли даст денег на это. Да и отношения у нас с ним сейчас не располагающие к таким просьбам.

— Не забывай, я теперь рабочий человек, — Томми с важным видом поправил несуществующие галстук. — Соглашайся, космос, билеты с меня.

— Спасибо тебе большое за приглашение, — я опустила взгляд на пакет с выпечкой, лежащий на коленях, — но позови лучше Мэри. Я не могу поехать.