И чего пялится? Как говаривали в старом советском фильме, цветы на ней не растут:

– Доброго дня, чаюри! – отмер черноволосый жеребец и улыбнулся, хотя улыбка скорее походила на хищный оскал. – Таких красавиц я еще не встречал. Не желаете с нами на озеро?

Благо, тут подсуетился таксист:

– Ты, брат езжай куда ехал. Заждались тебя, поди, сотоварищи. А девушку не смущай.

– За брата спасибо, отец, но я обращался не к тебе, – и глаза его точно вспыхнули алым светом, отчего Надю аж передернуло. – Так, что скажешь? – снова обратился к ней.

– Нет, благодарю, – замотала головой.

– Ну, как знаешь.

И квадроциклы сорвались с места, оставив за собой лишь столб пыли.

– Жили, не тужили и на тебе, – пробубнил таксист, – понаехали.

– Давно они здесь?

– Месяца два. Стройку ведут. Туризмом, видите ли, решили заняться. В большой бизнес подались. А ты, дочка стороной их обходи, не соглашайся, если куда звать будут. Ладно. Поехал я. Хорошего тебе отдыха.

– Спасибо, – улыбнулась на прощание.

И когда машина тронулась, Надя поспешила во двор.

Она поднялась по ступенькам, крыльцо здесь было высокое, лестница довольно крутая, но зато имелась небольшая веранда под козырьком. Затем вставила ключ в замочную скважину, повернула ровно два раза, главное, не крутануть третий раз, замок тогда заклинит, и пиши, пропало.

Внутри царил уют, было тепло, видимо, дом еще не понял, что хозяина больше нет. Георги верил в некий дух, который обитает в жилище, мол, дух этот поддерживает ту самую особую атмосферу. Выходит, дух еще здесь.

На завтра была запланирована поездка в город к нотариусу и посещение кладбища, а сегодня можно всецело насладиться родными стенами, проникнуться волшебством, окунуться в прошлое. Вдруг телефон зазвонил – родители на связи.

– Привет, мам, – Надя подошла к щитку, включила электричество. – Все хорошо. Ага, завтра в город. Да, знаю я. Что ты переживаешь? Словно первый раз отпустили меня из дому. Папе привет! Ну, все. Давай.

День прошел в хлопотах, Надя навела порядок, разложила по местам свои вещи, сбегала в ближайший магазинчик, где купила продуктов. Цены, к слову, тоже выросли, все из-за туристов. Потом приготовила ужин.

Сумерки опустились на землю незаметно, просто в какой-то момент Надежда посмотрела в окно, а там темно. В это время дедушка всегда варил кофе, потом садился на диван, доставал книгу и ждал внучку, чтобы прочитать очередную сказку. Но теперь все в прошлом. Однако девушка решила заглянуть в комнату Георги. Если и продавать дом, то все самое ценное памятное надо забрать.

И не успела включить свет, как с улицы донесся рев моторов. Надя осторожно подошла к окну, выглянула из-за шторы. Снова эта гоп-компания на квадроциклах. Какие же они все-таки шумные, вечно орут, песни поют. Но что поначалу удивило, а следом испугало Надю, так это то, что один из водителей, видимо тот самый, утренний опять остановился напротив ее калитки, после чего слез с квадроцикла и зашел во двор. Бедняжка тогда дышать перестала, а сердце забилось с запредельной скоростью. Да что ему нужно? Мужчина в свою очередь втянул носом воздух. И уже собрался подняться на крыльцо, как его окликнули:

– Да брось ты, Даян! Поехали! Сдалась она тебе!

Тогда он постоял еще с минуту и все-таки пошел прочь. Надя же наконец-то смогла вдохнуть. Ужас какой! Не успела приехать! Раньше деревня славилась тишиной и покоем. Видимо, мама права, дом придется продать, ибо покоя здесь больше не будет.

Когда перевела дух и немного успокоилась, занялась-таки вещами дедушки. У подножья кровати стоял большой сундук, доставшийся Георги еще от отца. И как раз в нем дед хранил все самое дорогое сердцу.

– Ну-ка, посмотрим, – Надя подняла тяжелую крышку. И надо же, из недр сундука выпорхнули две моли. – Пшли отсюда, – замахала рукой, – надеюсь, ничего не сожрали.

Но те сожрали, по крайней мере, очень постарались. Дедушкины шерстяные носки превратились в решето. Помимо носков, разных старых журналов и газет, которые дед выписывал с незапамятных времен, в сундуке хранились его рукописи, лежали они в двух толстенных папках. Здесь были и зарисовки, и начатые, но не законченные рассказы, и много-много заметок. Георги любил все подмечать, а потом записывать. Потому его сказки и были жизненными, настоящими, несмотря на волшебство. Надя достала одну папку и устроилась с ней на кровати. Почему-то дедушка питал особую любовь к драконам, в папке было столько картинок с этими сказочными созданиями. И летящими, и сидящими на утесе, и спящими, но особенно привлекали внимание драконы с земными девушками. Правда, девушки не выглядели особенно-то счастливыми.

Так и уснула. А драконы со страниц перелетели в сновидения. Наде приснился огромный красный дракон, он сидел вдалеке и внимательно следил за каждым ее движением. Ноздри зверя то и дело раздувались, активно втягивали воздух, а глаза вспыхивали алым светом. Вдруг он поднялся, набрал в грудь воздуха и полил все вокруг себя огнем, отчего Надя распахнула глаза. Слава тебе господи, пожара нет, драконов тем более. А за окном сияет яркое солнце. Сегодня должно быть жарко, как-никак, июль! На озеро бы сходить, искупаться. Но первым делом на кладбище, потом к юристу.