— Откуда-то же они берутся? — спросил Мануш.

— Рекламный трюк, возможно, — улыбаясь, сказал Батар. — Вы слышали легенду о Драконе, который после битвы с Лебедем, пролетая над островом, обронил коготь, тем самым устроив пожар и изменив его форму, а местные жители, испугавшись этого, то ли исчезли, то ли покинули остров? То же самое произошло и с близлежащими островками. Вы сможете увидеть их очертания с горы. И произошло это лет пятьсот назад. Слышали?

— Слышали, — подтвердила Маргарита.

— Так вот, примерно пятьсот лет назад, тут произошло землетрясение. Это могут подтвердить геологи, обследовавшие остров в составе комиссии перед началом строительства. Тогда же произошло извержение вулкана, кратер я вам покажу. А землетрясение могло вызвать цунами, которое и смело всё живое с островов. Вот и вся легенда, и Дракон тут не причем.

Путешественники примолкли, переглядываясь и разочарованно улыбаясь.

— А что касается пиратов? — нарушил паузу Максим. — Вы сказали, что пираты что-то тут искали, что-то волшебное, но, что именно, наверняка не известно. Наверняка! А не наверняка что-то известно?

— Поскольку это также сказки, то лучше заменить слово «известно», на «говорили», — предложил Батар. — Ничего оригинального об этом не говорили. Всё, как в классических сказках: искали источник то ли вечной молодости или вечной жизни, то ли ключ к фортуне (пиратам она необходима), или к разгадке бытия, или к какой-то силе, или к секрету безграничной власти, богатству, и так далее. Ничего конкретного, и тем более, как я уже сказал, оригинального. А вы что же, такие серьезные молодые люди, в легенды верите?

— Это же всё так интересно! — воскликнула Фераха.

— А вы у нас тайну украли, — строго сказала Маргарита. — Никак не удается столкнуться с волшебством.

— А природа острова разве не волшебство? — задорно вскричал Батар. — Поднимемся в горы, я вам покажу ещё волшебство, не хуже джунглей. Дорогая, молодые люди не верят в то, что природа самая мудрая волшебница.

Жаргал как всегда скромно улыбнулась и опустила глаза.

Снова оседлав лошадей, путники направились к горной тропе.

Как только Маргарита оказалась в седле и ощутила всем телом мерные шаги своей лошади, её охватило легкое возбуждение. Она огляделась по сторонам, словно это ощущение могло быть вызвано чем-то, ею не замеченным, после зажмурилась, встряхнулась, глубоко вздохнула. Ничего не изменилось. Тогда она немного отстала и поехала вровень с Максимом, благо тропа среди трав была достаточно широкой, и ехать колонной было необязательно. Максим улыбнувшись, наклонился к ней и прошептал:

— Уже соскучилась, милая?

Маргарита улыбнулась в ответ. «Максим ничего не заметил, — подумала она. — Что это такое со мной опять? И почему сейчас?»

— Как тебе холодное объяснение всех загадок? — спросила Рита.

— Вполне логично, — ответил Максим. — Жаль, что никто кроме нас не знает того, что знаем мы, а мы знаем то, что объяснить не можем. Замкнутый круг.

— Ты ничего не чувствуешь? — пропустив слова Максима, спросила Рита.

— Солнце палит — полдень, а после джунглей, так, вообще, баня финская. Шляпа не спасает. Ты не об этом?

— Нет, — помедлив, проговорила Рита, — не об этом.

— Больше ничего, — растерянно пробормотал Максим.

— Да? Ну, ладно.

— А ты о чём? — непонимающе спросил Максим.

— Да нет, показалось. Наверное, и правда, солнце печёт слишком.

Максим пожал плечами и снова улыбнулся. Рита обогнала его, встав в строй: Батар ехал первым, за ним Фераха, после Мануш, Маргарита, Максим и Жаргал.

Всадники уже выехали на горную тропу и начали подниматься вверх между скал. Возбуждение Маргариты росло медленно, но неумолимо. В какое-то мгновение оно выровнялось и принялось размеренно постукивать в виски. Лишь плановые остановки, сопровождавшиеся рассказами Батара, несколько отвлекали её от необъяснимого чувства.

Спустя час путникам открылся живописный вид на залив Грез.

— Разве это не волшебство? — восторженно воскликнул Батар.

Зрелище было потрясающим. Отвесные скалы, пронзающие своими вершинами небесный свод, у основания тонули в зелени и плавно переходили в ровное поле, поросшее кустарником, усыпанным цветами, многообразие красок которых способно было вскружить голову каждому, кто лишь на миг задержит свой взгляд на заливе Грез. Ближе к берегу растительность покидала сцену, уступая место белому песку, омываемому прозрачными волнами океана. Песчаный пляж раскинулся вдоль всего побережья до самого окончания острова.