— Нет, это моя девушка, — сказал Максим.

— То есть, если я захочу, я её отобью у тебя, и она станет моей девушкой, а потом и женой, верно? — Детина заржал таким противным смехом, что Риту передёрнуло.

— Если ты захочешь, ты сможешь стать президентом. Главное сильно этого хотеть. Верно? — вступил в диалог Максим.

— Но я не хочу быть президентом, я хочу отбить у тебя девушку.

Максим вздохнул.

— Ты выбрала, дорогая?

— Да, клубничные.

— Нам два клубничных мороженых. — Максим облокотился на стойку и пристально смотрел в глаза продавцу.

Тот тупо смотрел через его плечо на Риту.

— Ты не расслышал? Нас время поджимает.

— Поджимает. — Продавец снова заржал, как конь.

— Два клубничных, — повторил Максим и выложил на стол деньги.

— Ладно, уж и пошутить нельзя. Берите. Сколько тут?

— Сдачи не надо.

— Спасибо. Люблю, когда говорят, что сдачи не надо.

— Бывай.

Максим с Ритой вышли из магазина и быстро направились к реке.

За то время, что они провели в магазине, из кафе выбрались наружу подышать свежим воздухом три байкера. Все трое, как полагается, были обросшие, в косухах и кожаных штанах. Они стояли на углу кафе и что-то обсуждали, глядя на один из мотоциклов. Завидев Риту с Максимом, один из них присвистнул.

— Вот это коза!

— Пойдём, Максим, — прошептала Рита.

— Непростая телка. Такие дорого стоят. Сколько отдал за неё, пассажир?

Максим молча шёл дальше.

— Ты хоть трахаешь её? Или на это не хватило?

Раздался дружный хохот.

Максим сбросил рюкзак, резко развернулся и быстрым шагом направился к байкерам. По пути он заметил торчащий из забора металлический прут, — кусок арматуры, и вытащил его. Подойдя к байкерам, он встал в боевую стойкую и замахнулся прутом, выбирая жертву.

— Мужик, шутка, — испугавшись, выкрикнул один из байкеров. — Никаких проблем… ну, такая чикса. Извини, девушка. Проехали? Что ты, как в первый раз? Прости, пацан, попутали. Мир? Ну, мир? Ты красава, не замохал…

У Максима шумело в голове. Кровь наполнила его глаза.

«Не нужно», — шептало что-то. «Разорви их», — шептало что-то другое.

— Максим, — взмолилась Рита, когда тот вернулся к ней и схватил рюкзак.

— Мигом отсюда!

Та стояла, держа оба мороженых в руке, и не могла пошевелиться. Максим накинул рюкзак, схватил Риту под руку и быстрым шагом повел её к лодке.

— Мороженое тает, — наконец произнес Максим, когда они удалились от неудачного пункта высадки на приличное расстояние.

Рита растерянно посмотрела сначала на Максима, потом на мороженое.

— Тает, — по-доброму сказал Максим, — давай его съедим. Ты в порядке?

— Да, — тихим голосом произнесла Маргарита.

— А теперь, что касается тех самых «но», связанных с тем, что для тебя я сделаю всё, что угодно. Нам не стоило выходить на берег.

— Прости меня. — Рита заплакала.

— Да брось ты. — Максим оставил весла и обнял Маргариту. — Это жизнь. Это и есть настоящая жизнь. Просто, чтобы выжить в этой жизни, нужно иметь клыки, чтобы драться, и в то же время, самоконтроль, чтобы во время остановиться. Клыки… Плохая ассоциация с моей фамилией.

Рита улыбнулась.

— Просто, нужно быть сильным, или, хотя бы, показывать силу.

— Я больше так не буду, — искренне прошептала Рита.

— Ну, ладно уже. Успокойся. Давай, просто это забудем. Этого не было и всё. Вот мороженое осталось, а ничего больше не было. Хорошо?

— Хорошо.

Максим поцеловал Риту в губы и пересел за вёсла.

Вскоре они снова оказались среди гор. Мороженое съели, но судя по виду Маргариты, она всё ещё не могла выкинуть из головы произошедшее.

Приближался вечер.

Максим всячески старался развлечь девушку, рассказывал разные смешные истории из своей жизни, попытался даже развеселить её анекдотами, что у него, по правде говоря, никогда не получалось. Не помогало. Рита сидела потерянная.

— Ну что с тобой, дорогая?

— Мне всё ещё страшно.

— Я же с тобой.

— Вот именно, а если бы с тобой что-нибудь случилось?

— Я с тобой, цел и невредим. И так будет всегда.

— Ты обещаешь? — серьезным тоном произнесла Рита.

— Я приложу все усилия. Миледи, вы принцесса! Вам ещё столько предстоит увидеть, столько пережить. Это всего лишь фрагмент. Выбросьте его из головы, как ненужную вещь, лишнюю информацию, как нелюбимую куклу.

Рита улыбнулась.

Заночевали они в лесу, также как в предпоследнюю ночь, натянув тент и разложив одеяла. Рита к тому времени уже пришла в себя и даже смеялась, особенно, когда готовила ужин.