Расчетная длина уходила ниже уровня замка, до самых скал. «Если всё крепко связать, рассчитать личный вес, вес древесины, прочность верёвки, и так далее, то всё должно получиться».

— И как я это всё рассчитаю? Мне приходится рисковать. Ради чего? Чёрт возьми!

Но тут Максим отчетливо понял, что в этом есть смысл, и творит он это не из праздного любопытства.

Всё было готово. Лестница была спущена. Осталось перекреститься и поползти по сучкам вниз.

Максим решил передохнуть. Потряхивая руками, он стоял на крыше и в глубине души проклинал это чёртово здание — толи замок, толи хлев.

— Ладно, время не ждет…

Максим схватился за сучья и начал медленно спускаться вниз. И вот что он упустил: находясь лицом к лицу к стене, увидеть что-либо было сложно. А веревка неприятно хрустела. Видимо напряжение было выше возможностей узлов, которыми сучья были связаны между собой. «Вот я и рассчитал». Максим прополз треть стены. Минуя гранитный верх, он отчетливо увидел какие-то изображения. Но рассмотреть их можно было только в том случае, если несколько удалиться от стены. Можно было попробовать оторваться, упираясь ногами в стену, или раскачаться. Максим спустился до середины стены. Веревка хрустела.

Максим тяжело дышал.

— Нужно рискнуть, — прошептал он.

Повиснув почти горизонтально плоскости, он, словно на качелях оторвался от стены, впившись в неё взглядом. И увидел!.. Как и предполагал, на верхней гранитной части. Максиму хватило рассудка в первую очередь подумать о безопасности и также приземлится на стену. Можно было подниматься.

На гранитной части стены красовался барельеф короны и крылья лебедя. Такой же, как он видел на наличнике землянки.

Одновременно думая о том, что это значит и о том, как подняться наверх, Максим не обратил внимания на усиливающийся хруст веревки.

А зря…

Веревка, связывающая ветки правой лестницы, порвалась, и Максим перевалился на левую. Вероятность того, что остальная, левая часть выдержит, была мала. До края стены с левой стороны было уже метра два.

— Попробовать раскачать, — шептал он.

Попробовал. Получилось. Но поздно. Порвались обе части. Древесина полетела в пропасть. Максим, приготовившийся отправиться за ними, вспомнил о пятисантиметровом выступе!

За него он и схватился пальцами. Ах, если бы не пыль! Ах, если бы не пот. Максим напрягся изо всех оставшихся сил.

«Мне бы метр проползти на пальцах, а потом… Потом посмотрим. Скрутило весь организм. Как приятно, когда ты в зале толкаешь штангу. Никаких рисков».

— Я должен выжить. Я же живу для чего-то. Давай, Макс! — хрипел он себе.

Медленно перебираясь на пальцах, которых он уже не чувствовал, Максим добрался до края здания. Что дальше? Сил вытягивать свое тело, не имея опоры, не было. Максим продолжал висеть на пальцах, цепляясь уже за землю. Идея была хуже — земля не устойчива. Ничего, за что можно было бы ухватиться.

— Не бывает не решаемых проблем, — брызжа слюной, хрипел Максим.

Ноги, у него же были ноги. Максим медленно, то правой, то левой прощупывал скалу на предмет выступов или впадин. Силы кончались, они просто утекали. Есть второе дыхание. Дырка! Маленькая впадинка под правой ногой. Максим аккуратно вставил туда носок ступни и, что есть силы, выбросил своё тело на поверхность. Он оказался на руках, ладонях, если точнее. Сил всё равно не было. Нож! Но руки уже не слушались… Но надо! Нет, нельзя отрывать обе руки. А если быстро? «Чехол должен быть открыт. Это точно. Это плохо, но я забыл его закрыть, когда строгал лестницу… и это хорошо. У меня доля секунды. Других вариантов нет. А если и есть, то времени на них не осталось».

Воздух был таким прозрачным. Пели птицы. Светило солнце.

— Главное не попасть в камень, в скалу, или ещё куда. Тут скала. Нужно как можно дальше, — без звука говорил Максим.

Глаза застилала соль.

— Раз, два, три!

Руки моментально начали сползать. Одно мгновение. Нож в руках. Максим издал крик и, используя всю гибкость своего тела, отталкиваясь, словно от воздуха, сверкнул ножом и вонзил его… в землю. Подтянувшись, он передвинул его дальше и постепенно выполз на плоскость.

Максим дополз до вещей, вытащил флягу с водой и разом её осушил. Выудил из пачки дрожащими пальцами сигарету, прикурил и, присев на камень, произнес:

— Проблем-то…

Воздух был таким прозрачным. Пели птицы. Светило солнце. Воздух, кроме всего прочего стал ещё и вкусным. А жизнь бесконечной.

— Я знал, что у тебя получится, — раздался голос.

Максим выронил сигарету.

После того как Маргарита выпрыгнула из машины, она прямиком бросилась в лес, вверх, в горы. Пробежав метров двести, остановилась и присела на корточки, охватив голову руками. «Что я делаю? — подумала она. — Что дальше»?