В последний раз взглянув на парня, стыдливо опустила глаза и, стараясь практически дышать вовнутрь, сказала:

— Можно я сперва зубы почищу? — после чего приготовилась к грубости.

Однако ее не последовало. Вместо этого Нестеров абсолютно неожиданно рассмеялся, и я от растерянности вновь взглянула на него.

На лице Яна играла такая знакомая теплая улыбка, что моментально захотелось улыбнуться в ответ, а в его глазах не было даже намека на гнев.

— Стеш, не дури, — проговорил он, оставив врачебный тон где-то далеко.

Я вновь мотнула головой, однако по выражению лица парня поняла, что сопротивление вновь бесполезно — заломает, но рот откроет.

— На тебе можно яичницу жарить, поэтому давай обойдемся без лишней самоотверженности.

Скривившись, все же кивнула и сделала то, о чем просил Ян, понимая, что вот именно в этот момент поставила на милом образе окончательный крест.

Взяв лицо в ладони, Ян развернул меня к свету, и уже через секунду встал, хмуро пробубнив:

— Знал же, что нельзя было вчера на улице стоять! Надо было хватать тебя в охапку и тащить домой.

Взлохматив волосы, Нестеров посмотрел на меня, а я же в свою очередь заставляла мозг отчаянно работать.

Стоп! Стоп! Стоп!

Так все это недовольство разве не из-за того, что я вчера вытворяла?

Ян, что, обо мне… Беспокоится?

Несколько раз медленно моргнув, повторила в голове эту фразу, стараясь избавиться от вопросительной интонации.

Ян обо мне беспокоится.

И как только это удалось, по телу разлилось такое приятное тепло, что захотелось глупо улыбаться.

Не сдержавшись, я поймала удивленный взгляд вскинувшего бровь парня, который, видимо, решил, что на фоне температуры у меня вообще крыша поехала.

— У тебя из лекарств что-нибудь дома есть?

Напрягла память и уже через секунду выдала опасный список:

— Бинт, зеленка, лейкопластырь и активированный уголь!

— Блестяще! — рассмеялся Ян.

— Анальгин еще в сумке, — добавила, вспомнив.

— Да мы шикуем! — весело заключил парень, но потом уже серьезней спросил. — Градусник хоть есть?

Кивнув, показала на полку, где стояла коробка с остальными внезапно ненужными лекарствами.

Следующие пять минут провела, меряя температуру, параллельно отвечая на вопросы Яна, связанные с тем, как без компаса и карты добраться до ближайшей аптеки, однако парень быстро сдался и, достав телефон, нашел адрес сам.

Убедившись, что на мне действительно можно жарить яичницу, Нестеров оделся и, зачем-то попросив никуда не уходить, словно я именно сейчас собиралась умотать в круиз или отправиться на велопробег, отправился за лекарствами, чтобы уже через пятнадцать минут вернуться с добычей и приступить к кормлению меня всевозможными спреями, таблетками и порошочками.

В этот раз обошлось без уколов, однако сейчас бы я вряд ли стала возражать, потому что, оценив собственное состояние, без труда пришла к выводу, что иначе, чем паршивым, его не назовешь.

И Ян это, несомненно, понимал.

— Я уже почти закончил, — ободряюще сказал он. — Повернись спиной.

Не споря, пересела, даже не спрашивая зачем, однако от удивления вздрогнула, когда его ладонь коснулась моей шеи.

— Я не буду тебя душить, — усмехнулся парень, однако голос прозвучал немного напряженно.

В том, что он не собирался причинять вреда, я, конечно, не сомневалась. Наоборот, видимо, на фоне высокой температуры у меня началось помутнение рассудка, в связи с которым казалось, что прикосновения Нестерова были просто волшебными, а ментоловый запах являлся едва ли не самым приятным, который я чувствовала в жизни. Поэтому, когда Ян убрал руки, достаточно быстро растерев верх спины, не скрываемый майкой, и шею, едва удержалась от того, чтобы не захныкать.

— Повернись, — уже спокойно сказал парень, и я вновь молча выполнила просьбу, оказавшись на прежнем месте, однако сам Ян сейчас был гораздо ближе.

Не зная, куда спрятать взгляд, уставилась на маленькую баночку мази, а потом ощутила, как пальцы Нестерова аккуратно коснулись уже передней стороны шеи, и растерянно подняла глаза, уставившись на Яна.

Его лицо было всего в паре десятков сантиметров, и сейчас от какой-то нереальной интимности, казалось бы, абсолютно ничего не значившей ситуации сносило крышу.

Он просто наносил мазь на нужные области.

А я просто смотрела на него, как полная дура.

Закончив, Ян убрал руки и поднялся на ноги настолько быстро, что я даже зачем-то открыла рот, но, моментально опомнившись, закрыла.