Добираться до студии пришлось на арендованном авто. Водитель помог мне занять пассажирское место, загрузил коляску в багажник и мы тронулись в путь. Я спрашиваю разрешения открыть окно и ловлю лицом теплый ветер, который приятно щекочет кожу и треплет мои волосы. Погода стоит отличная. И все это было веским поводом радоваться и жить дальше.

Фотостудия великолепна и сразу покорила мое сердце. Стильно и со вкусом оформлена, не зря я заплатила за нее такие деньги. Если все получится, то мой блог будет самым изящным. Водитель — перевозчик колясочников любезно проводил меня в здание, усадил на диванчик и оставил поблизости коляску. На большинстве фотографий я буду сидеть в инвалидном кресле. Я твердо решила показать всему миру, что инвалидность — это не конец жизни. Еще важно, поверить в это самой. Но я знаю, что впереди у меня еще много счастливых дней — знаю и верю.

Глажу твердую обложку книги, которую прихватила с собой для моральной поддержки и прочитала несколько строк. Это великолепный роман Эльчина Сафарли о девушке, узнавшей о своей неизлечимой болезни и нашедшей в себе силы достойно и счастливо прожить остаток жизни. Его купил для меня Саша. И напрасно я его ругала за то, что он приобрел печатный вариант. Сейчас как нельзя лучше меня успокаивал шелест страниц.

Мое душевное состояние не смотря ни на что было спокойным, я полностью готова к съемке.

Познакомилюсь фотографом. Его зовут Игорь и ему 45 лет. Лысеющий мужчина в очках. Располагает к себе сразу с первых минут. Даю команду начинать. Игорь сразу же фотографирует меня с книжкой в руках. Затем он же помогает мне пересесть в кресло, и делает серию снимков. Позирую непринужденно. Для меня это полная неожиданность, ведь думала, буду краснеть и зажиматься. Я приняла себя такой, какая есть, полюбила заново, так почему меня должны опасаться или презирать другие люди? Незаметно прошел час.

— Игорь, спасибо, все было замечательно. Я приглашу Вас в следующий раз на уличную фотосъемку. Мне будут еще нужны фотографии для моего блога.

— Буду рад. Алена, вот честно и без прикрас — Вы прекрасная модель. У Вас скандинавский тип внешности: светлые волосы, белая кожа и голубые глаза. В Вас есть особый шарм, говорю, как профессионал своего дела. Ваша внешность вполне может украсить какой-нибудь европейский журнал. Я восхищен Вашей смелостью, и верю, что у Вас все получится. С удовольствием помогу, чем смогу.

— Вы очень добры ко мне. Столько комплиментов я не получала за всю свою жизнь, — смущаюсь я.

— Я бы за Вами охотно приударил, — подмигнул он, а я предпочла сделать вид, что не услышала этой фразы.

Игорь был не обязан, но все же помог мне добраться до машины и загрузить в багажник инвалидное кресло. Он клятвенно пообещал, что пришлет фотографии через несколько дней на мою электронную почту. Я ехала домой с ощущением, что день прожит не зря. Нужно больше общаться с людьми, не ждать и не бояться от них подвоха. Все-таки добрых и милых людей на свете больше, чем злых. Люди, вроде Людмилы или того парня, который кинул мне монету в кофе — антагонисты. Их роль проста — сделать нас лучше для того, чтобы мы двигались к своей цели, используя всевозможные способы.

Я не бросила своих учеников, и даже с рождением своего блога не перестала вести занятия дистанционно. На перевод текстов оставалось все меньше времени, но я никогда не бросаю дела на полпути. Работала по ночам, пока глаза не начинали слипаться от усталости.

Я поймала себя на мысли, что почти совсем не думаю о Саше. Отпустила прошлое и закрыла сердце на огромный амбарный замок. Бог ему судья. У меня теперь другая жизнь, и нет в ней места мужчинам.

На днях получила электронное письмо от Игоря, где он еще раз пожелал мне удачи и приглашал в кинотеатр. Снимки были восхитительны. Я долго листала их, не зная, какое фото выбрать для первой публикации в сети. Неужели, выгляжу так на самом деле или это Игорь большой профессионал? Этот мой взгляд, излучающий уверенность в себе, его ни с чем не спутаешь. Я не жалкая инвалидка, как назвала меня Сашина жена, а самодостаточная девушка с ограниченными возможностями.

Я долго писала пост-знакомство, анализируя каждое слово. Под своей фотографией в сети Инстаграм я рассказывала о том, как узнала, что больна рассеянным склерозом. Писала о себе, что люблю, чем занимаюсь по жизни и какие у меня планы на будущее. Приглашала единомышленников подписаться на мой блог и оставить комментарий для обратной связи.

Моя фотография в инвалидном кресле за сутки собрала кучу «лайков». Были и комментарии от друзей и знакомых: «Алена это штука?» «Что случилось?» «Выглядишь супер, но почему в инвалидной коляске? Ты попала в аварию?». Не смотря на мое признание о неизлечимой болезни, люди продолжали строить доводы. Я приготовилась дать ответ каждому, но так, чтобы никого не обидеть при этом.

На телефон тоже обрушился шквал звонков и сообщений, люди бросились узнавать все мельчайшие детали моей разбившейся на осколки жизни. Мои знакомые желали из первых уст узнать обо мне, чтобы потом обсудить мое незавидное положение с нашими общими знакомыми. Они задают слишком неприятные и откровенные вопросы. Между искренней заботой и обычным любопытством существует тонкая грань, и все те, кто мне написал, радостно ее перешагнули.

Не обошлось и без поражений. Некоторые друзья перестали со мной общаться вовсе, чтобы ненароком не обидеть меня. Им не комфортно общаться с человеком, который «не ровня им». Мне кажется, что уже никто и ничто не сможет меня обидеть. Я обросла толстой бегемочьей шкурой и стойко переживу любое испытание.