Шрифт:
Слова домоправительницы произвели на Эбби странный эффект. Молодая женщина вздрогнула и перестала плакать. Приподнялась на согнутых в локтях руках и с подозрением уставилась на мисс Эрдлинг.
— Смерть? — одними губами произнесла она. — Вы… вы…
— Да, миссис Барроу, — мисс Эрдлинг постаралась улыбнуться как можно более доброжелательно. — Только смерть необратима. Все остальное — такие мелочи.
Эбби лишь всхлипнула несчастно и закусила губу. Села на кровати. Нет, сначала она хотела высказать этой женщине много чего нелицеприятного, выгнать ее из комнаты или, быть может, даже и совсем рассчитать. Но… не решилась.
И про смерть заговорила. К чему бы? Неужто все знает?
Эбби покосилась на домоправительницу и тут же отвела взгляд. Нет, наверняка не знает. Никто не знает. А раз так, то быть может мисс Эрдлинг просто желает ее утешить? И не желает зла.
Эбби всхлипнула и утерла глаза. Постаралась улыбнуться, правда получилось не очень.
«Нет, точно не знает, — подумала про себя. — Просто не может знать, ведь мы даже и не знакомы толком. Значит, у нее нет никакого повода ненавидеть меня. По крайней мере, пока. А раз так, то… пусть заботится».
И решив таким образом, Эбби уже полностью успокоилась и даже слезы течь перестали. Она уже намного более уверенно улыбнулась мисс Эрдлинг.
— Несите свой чай, — произнесла Эбби и вздохнула. — И Аннику позовите. Я уже успокоилась.
Домоправительница лишь улыбнулась и поднялась с кровати, направившись исполнять поручение своей госпожи. Уже на пороге, когда она взялась за ручку двери, ее настигло тихое восклицание Эбби:
— Мисс Эрдлинг!
Она обернулась, с немым вопросом глядя на молодую хозяйку.
— Спасибо вам, — со слабой улыбкой произнесла Эбигэйл. — Я… на меня иногда находит вот что-то такое… странное. То плачу, то смеюсь или веду себя странно. Питер… — она осеклась и помрачнела, при упоминании имени супруга, но смогла-таки взять себя в руки, — Питер говорит, что это из-за избалованности и слабости характера. Наверное, он прав. Простите меня и… спасибо.
Мисс Эрдлинг только кивнула в ответ и покинула спальню.
ГЛАВА 5
После того, как Эбби выбежала из столовой в слезах, Питер Барроу вернулся на свое место за столом с намерением закончить ужин. Уселся на стул, разгладил на коленях салфетку, даже за приборы взялся и тут же отбросил их обратно. Рывком отодвинул стул и встал, швырнув салфетку на стол. Аппетит пропал напрочь.
Питер вздохнул, скривился так, словно бы увидел нечто в высшей мере нелицеприятное и все же покинул столовую. Наверх, в спальню, он не пошел, предпочел свой кабинет. Ему было о чем подумать.
Удобно расположившись в кресле, Питер вытащил из ящика стола бутылку с крепким алкоголем и стакан, плеснул туда дорогого напитка и, обхватив стакан пальцами, задумался.
Эбби его здорово разозлила сегодня, но Питер всегда считал себя человеком выдержанным и спокойным. Редко срывался и почти никогда не делал глупостей.
Почти.
Он поморщился.
Когда год назад на одном из приемов, он увидел Эбигэйл, то решил для себя, что она станет ему идеальной супругой. Красивая, легкая в общении, несколько эксцентричная, что еще больше добавляло ей шарма, но самое главное — богатая наследница, она была идеальна. В то время, Эбби только-только сняла траур по своим безвременно почившим родителям, вступила в права наследования и стала выезжать в свет. Вокруг нее всегда было много мужчин. Разных, но Питер все же сумел обойти их всех. Она приняла его ухаживания и слишком легко согласилась на брак.
И все было хорошо. Все было просто замечательно. Питер получил супругу, о которой мечтали почти все холостяки столицы, ее наследство, за счет которого полностью поправил свои дела и даже решил реализовать самые смелые свои проекты… жизнь казалась замечательной, пока… пока Эбби не показала свою истинную суть.
— Гадина, — прошипел Питер и одним глотком опрокинул в себя напиток. Скривился, когда алкоголь обжег горло и горячей волной покатился по пищеводу. — Такую игру мне испортила, мерзавка!
Он еще раз наполнил стакан, одним глотком осушил его и с грохотом опустил на столешницу. Мечта о благополучии накрылась медным тазом, когда Эбби показала свою истинную суть.
Опозорила. Заставила выйти из себя и натворить глупостей.
Питер зажмурился и сжал кулаки. Злость на супругу не уменьшилась ни на каплю, но приходилось сдерживаться. Делать вид, что простил и забыл, что все в порядке.
Но жена все равно каждый раз заставляла его выйти из себя. Вспомнить то, о чем вспоминать не хотелось абсолютно. И злость сдержать не удавалось. Она накатывала волнами, выжигала изнутри, толкала на поступки, которые он никогда бы не совершил.