— Да… сестра твоя… А моя роль какова?

— Ничего сложного, — успокоил меня Маир. — Предстанешь пред светлыми очами экспериментатора, и все. Можешь сказать фразу, приличествующую ситуации. На этом твоя роль завершится. Дальше я справлюсь сам.

Очередной кивок получился более активным.

— Завершится, — повторила я. — Что-то вроде — голову с плеч и свободна?

Маир возвел очи к потолку:

— Он тебя не убьет. Растеряется. А потом я вступлю в игру, и ему еже не до того станет, поверь.

Маир возвел очи к потолку:

— Он тебя не убьет. Растеряется. Потом я вступлю в игру, и ему уже не до того станет, поверь.

Я закусила нижнюю губу. Древний тут же протянул руку и дотронулся до нее указательным пальцем. От такой непосредственности у меня просто рот открылся!

— Так-то лучше, — прокомментировал Маир результат странной манипуляции.

— Не могу сказать того же, — фыркнула я, отводя мужскую руку от своего лица. Задумался что ли?

Не ах, какой жест, но мне совсем не понравилась собственная реакция. За сарказмом я пыталась скрыть свои чувства. К сожалению, это были не растерянность, не злость и не привычное отвращение. Все оказалось гораздо, гораздо хуже! Хуже настолько, что во мне проснулись беспокойство и вредность.

— Резюмирую. Мы приезжаем в некое место и ждем там мага, с которым ты в свое время не поделил бессмертие. В конце концов, мы его дожидаемся, тогда я выступаю в роли отвлекающего фактора, а ты пытаешься… — Маир так на меня посмотрел, что я подняла вверх ладони. — Хорошо-хорошо! Ты его устраняешь и все живут долго и счастливо.

Древний догадался о подвохе, поэтому подтвердил мои слова весьма осторожным тоном:

— Все так.

— Позволь задать один маааленький вопросик!

— Задавай, — разрешил он безо всякого энтузиазма.

— Ты собираешься его убить… как бы из благой цели, так?

— Допустим.

— А что тебе мешает и мешало… самоустраниться. Никто бы тогда не подвергался опасности. Разве нет?

Окажись на месте Древнего кое-кто из моих клиентов или тот же Элес, мне бы прилетело, но эльф лишь крепче стиснул зубы. На время — пока над ответом размышлял. Наверное, исключал из текста нецензурные слова. По-эльфийски я бы не поняла, а в этой области рримского он сам не мастер, я думаю.

— Не стоит забывать о том, что этот маг может еще что-нибудь интересное придумать, от чего мир содрогнется.

— Ну, за полторы тысячи лет он ничего нового так и не придумал, — возразила я с самым серьезным видом, которые смогла состроить, зная, что откровенно нарываюсь на грубость.

Маир посмотрел на меня с таким понимаем и как-то даже по отечески и снисходительно. Удивилась ли я? Несомненно!

— Не стоит забывать о том, что этот персонаж для достижения своей цели влюбил в себя мою сестру, потом убил ее, а следом собирался и со мной разобраться. Из нас двоих я положительный герой.

— Ну, героем ты станешь, когда доведешь вашу затянувшуюся дуэль до логического конца. Любого, — ляпнула я напоследок, а то кое-кто опять начал поглядывать в мою сторону как-то… неправильно.

Маир обнял меня за плечи:

— Не бесись! Лучше скажи, что тебя изводит.

Я схватила чашку с остывшим чаем и нырнула в нее с носом — она очень широкая была.

— Твой друг меня изводит, — пробормотала я перед глотком.

— Чем? — Маир усмехнулся, и сжал пальцы на моем плече сильнее. — Самим фактом своего существования?

— Не без этого, — я не видела смысла отпираться от очевидного. — Если конкретнее, то он в который раз достает меня своим странным намеком, смысл которого ты отказываешься объяснять.

Я осмелела настолько, что обличающее ткнула пальцем в широкую грудь Древнего. Мне понравилось. Ткань пиджака такая мягкая, и теплая… Я несколько раз провела по ней пальцем. Маир не дал мне возможности долго млеть от тактильных ощущений. Перехватив запястье, он отвел мою руку в сторону — совсем как я его от своего лица — и вообще отодвинулся от меня.

— Что?

— Что ж ты так прицепилась к этому! — посетовал он.

— Ты объясни, в чем соль шутки, и я успокоюсь, — заверила я Древнего.

— Это вряд ли.

— А ты попробуй! — настаивала я. — Ведь пока не попробуешь, не узнаешь.

— Хорошо.

Несмотря на согласие, я чувствовала — ничего хорошего Маир в нем не видит.

— У Сальмельдис были любовники.

Я смотрела на Древнего, желая внимать его дальнейшим откровениям, но так случилось, что на этом откровения закончились.

— И что?

— А у тебя нет.

— Нет. И что?

— В этом и кроется отличие между вами. — Маир настороженно следил за моей реакцией на свои слова. — Нюанс в глаза не бросается, но маг может заметить. Лекари, к примеру. А тот, кто их талантом не обладают, может как-то по ауре вычислить… или что-то вроде того.