Я не могу позволить этому продолжаться. То, что я намереваюсь сделать, может быть худшим шагом, который я сделаю с Аделин. Но она отказывается видеться или говорить со мной. Она не оставляет мне выбора. Я достаю ключ от ее дома и делаю то, что будет лучшим или худшим для наших отношений.

Я отпираю дверь и захожу в дом. Ее нигде не видно. Я слышу скрип надо мной. Спальня. Хорошо. Это то, где я хочу ее видеть. Мне не придется перебрасывать ее через плечо и нести туда.

Я в доме и поднимаюсь наверх.

Я предупреждаю ее, потому что не хочу напугать ее, зайдя в ее спальню без предупреждения.

– Не смей подниматься сюда, Торн.

Я стою в дверях, когда мое имя слетает с ее губ.

– Убирайся сейчас же.

– Нет. Ты поговоришь со мной. Или по крайней мере выслушаешь.

– Я не хочу ничего слышать.

Она уже переоделась для сна. Футболка и трусики. На два предмета больше, чем обычно она одевала каждую ночь с тех пор, как мы были вместе.

– Не смотри на меня так. Ты можешь забыть об этом.

Ее соски тверды и чуть не протыкают ткань футболки. Моей футболки. Кто знал, что она может быть такой чертовски сексуальной?

– Я знаю. Я здесь не для этого.

Я подхожу к ней, готовый к бою.

– Нет. Остановись.

Она прыгает на кровать на четвереньках и пытается уползти, но я ловлю ее за талию. Я тяну ее под себя и ложусь на нее сверху.

– Нет, Макс. Ты не слушаешь меня, так что у меня нет другого выбора, кроме как заставить тебя.

Она противится, но я обнимаю её, тем самым сдерживая, чтобы она была не в состоянии двигаться.

– Ты сделала меня своим мужчиной. Я могу не контролировать тебя больше нигде, кроме как в этой спальне. Ты дала мне эту власть. Ты настояла, чтобы я доминировал над тобой, потому что это то, что тебе нравится и чего ты хочешь. Это я проявляю свою власть над тобой. Ты не можешь отключить это сейчас.

Она перестает бороться, но я продолжаю держать ее крепко.

– Это то, кто мы есть, Макс. Потому что ты сделала нас. Кем ты просила меня быть для нас. Я контролирую. Ты подчиняешься.

Она тяжело дышит. Я не знаю то ли это последствия нашей физической борьбы или потому, что она возбуждена. Может быть оба варианта. Но сейчас не до секса.

– Это так странно, как события одной ночи более двух лет назад могли привести к этому разговору.

Я ослабляю хватку и переворачиваю нас на бок, так что спина Аделин прижата к моей груди.

– Устраивайся поудобнее. Это не короткая история.

Аделин приспосабливается и не отталкивает мою руку, когда я переплетаю наши пальцы. Я чувствую уверенность. Она верит в нас. Мое беспокойство ослабевает...немного. Подношу ее руку ко рту и целую.

– Ты знаешь, что после Иден у меня был плохой период. Постоянные вечеринки и женщины. Таким образом я пытался выкинуть ее предательство из головы. Я ненавижу говорить тебе это, но все было именно так.

– Ты не ненавидишь говорить это больше, чем я ненавижу слышать это.

Наконец-то. Слова, кроме как уходи или оставь меня в покое.

– Ты знаешь, как я себя вел; то, о чем я тебе не говорил, было ночью, когда все это остановилось. Ночью все было поставлено в совершенно другую для меня перспективу.

Тело Аделин расслабляется рядом с моим. Наконец-то.

– Я был на вечеринке с друзьями, которые на самом деле не были моими друзьями. Я оказался там, где не хотел быть. Кровать Иден. Я не уверен, что на самом деле произошло. Может быть мы трахались. Возможно, мы этого не делали. Понятия не имею. Единственное, что я знаю наверняка, это то, что я хотел быть подальше от ее дома и от нее. Так что я сел в грузовик и поехал домой. Я был в миле от своей квартиры, когда увидел синие огни. Одна гребаная миля. Вот где они меня достали.

– Кто достал?

– Дорожный патруль. Офицер, который остановил меня, сказал, что им позвонили, и сообщили о пьяном водителе за рулем машины, похожей на мой грузовик. Я почти уверен, что этим человеком была разъяренная шлюха, которая проснулась в пустой постели. Конечно, у меня нет доказательств. Но мне дали тест на алкогольное опьянение. Я прошел его. Но я провалил тест на взгляд. Меня отвезли в участок, где я также провалил тест на содержание алкоголя в крови. Я едва справился, Аделин. Это было безумно близко, но это все еще было неудачей, поэтому меня обвинили в управлении автомобиля в нетрезвом состоянии.