Шрифт:
– Помню…
– Такое слепящее было солнце, но вода словно отречение…
– Помню…
Алиса села, привалилась к стене и, взявшись за локоны, стала задумчиво счищать из волос застывшие прилипчивыми кляксами красные комочки. Смотря как тонкие белые пальцы размеренно, степенно разделяют и разглаживают волоски, Даниил угрюмо покусывал губу и не чувствовал боли.
– Ты думаешь над тем – освобождать отца или нет?
Даниил вздрогнул. Глаза Алисы смотрели, словно не замечая его – прозрачные и пустые, незнакомые в тихой грусти.
– Нет, - мотнул он головой. – Я не буду участвовать в его обрядах!
– Я – тоже, - просто ответила Алиса.
– Но?
Она кивнула:
– Но освобождать его нужно.
– Почему?
– Потому что он зовёт… Потому что ему плохо…
– Но – зачем?
– Чтобы стало лучше. Всем.
Даниил отвёл глаза.
– Всем. Даром. И чтобы никто не ушёл обиженным.
– И стиснул кулаки, рассматривая, как белеет напряжённая кожа под темнеющими ногтями.
– Да.
Алиса всё с той же грустью и покорностью судьбе смотрела прямо перед собой и руки механически, но нежно и бережно очищали волоски.
Он разжал кулаки и на расправленных ладонях всмотрелся в линии судьбы. Белые полосы остались от вонзившихся когтей, но кожа осталась нерушимой. Кожа настоящего йаха.
– Ты изменился…
Обернулся стремительно, но Алиса всё также задумчиво смотрела в пространство перед собой и забирала в ладонь следующую прядку. Совсем не глядя на товарища.
Губы Даниила скривились:
– Ну, да. Стал таким же, как и ты.
– Нет. Не таким. – Алиса едва заметно нахмурилась, будто непокорная прядь, норовящая выпасть из пальцев, тревожила и злила её. – Ты стал сильнее.
– Я был бетом. Как и кем я стал?
Даниил закрыл глаза и опёрся затылком на прохладную стену.
– Нет, ты никогда не был бетом, - прикрыла глаза она. – Но не было рамок, в которые ты бы укладывался. Проще всего стало считать тебя бетом. И я… пошла по простому пути. Я обошла препятствия, не преодолевая их…
– Но я действительно был им, - Даниил бледно усмехнулся. – Боль, не заживающие раны, гниение заживо… Я пережил всё это. Сила появилась только теперь.
– Десятки лет… - задумчиво протянула Алиса.
– Десятки лет удерживаться за старую мораль… Десятки лет без человечьей крови… Десятки лет без духовной поддержки. Истощение – вот имя твоего недуга.
Он уронил лицо в ладони. Плечи затряслись от нервного смеха, едва слышного, но пугающего своей неудержимостью.
– Йах! Господи, я просто йах! Отродье… - всхлипывал Даниил, кусая губы в попытке остановить смех и плач. – Просто йах… Грязная лунная собака…
– Не просто йах, - негромко перебила девушка.
– Йах истинный. Рождённый тем, в ком вся мощь йахаса. В ком корень сил.
– Боже… Вампир…
– Не вампир. Вампир не сдерживается. Ты – выше.
Даниил отнял ладони от лица.
Теперь Алиса смотрела на него в упор. Изучающим, настороженным взглядом, словно кошка перед лохматым псом, внезапно выскочившим в подворотню. Решая – взлетать на дерево или выгибаться и шипеть перед боем.
– Аля, - в глазах бета мелькнул влажный блеск.
Даниил рывком обнял её за плечи и прижал к себе. Сопротивление альфы оказалось неловким и несмелым – его сил и желания хватило с лихвой, чтобы его сломать. Прижал, вжался губами в бледную тонкую кожу на шее и, ощущая, как замерла, закаменела в его объятии девушка, зашептал, выписывая губами вязь признания:
– Аля… Спасибо тебе, девочка... Спасибо!
Испуганным котёнком она притихла в его руках. А губы Даниила ласкали пульсирующую артерию, дразня ожиданием боли и сладости.
Шум за дверью они услышали одновременно.
Крики. Гул. Выстрелы.
Они смотрели в глаза друг друга. И в них отражалась мука обречения.
Ещё выстрелы. Одиночные сменились очередями.
Губы обоих шептали беззвучно и никто, кроме них самих, не смог бы прочесть – молитва или признание.
Короткий взрыв. Ещё один.
Даниил отпустил девушку и рывком развернулся к входу, горбатясь перед броском. Бешенство йаха просматривалось в напряжении каждой взбухшей жилы на сильном, литом теле.
Удар потряс пол. Аквариум на потолке покачнулся – огнь негасимый затрепетал, мигая.
Двое йахов застыли в ожидании.
Дверь мощно распахнулась, с гулом ударившись о стену. На пороге вырос тёмный силуэт Марка. Зрелый йах уже полностью трансформировался.
Даниил одёрнул девушку за спину и настороженно замер.