Когда в зал криптобиоза влетели инквизиторы, Алиса смеялась, смотря перед собой, и не осознавая происходящего.

…

Сидя на корточках между гаражей, Алиса опиралась спиной на ржавую стену и смотрела на свои руки. Вытянутые вперёд, они лежали на коленях, свешиваясь кистями к земле. В неровном лунном свете влага, стекающая по коже, казалась чёрной, но она знала, что цвет её красный. И каждая из падающих с ногтей капель несёт силу. Но жажда уже не мучила её. В глубине тела словно свернулся тёплый пушистый зверёк и, тихо мурлыча, согревал изнутри до кончиков пальцев. Но это тепло казалось чуждым, даже мешающим. Его хотелось изгнать, только острые когти зверька вцеплялись в нутро, заставляя сдерживать подкатывающую тошноту.

Даниил поднялся с земли, неуверенным шагом подошёл к девушке и, приваливший к стене, опустился рядом на колени. Тронул её за руку, размазав красную липковатую жижу по голой коже.

– Зачем?

Алиса механически повернула к нему лицо и разжала стиснутые зубы:

– За-чем?

– Да - зачем. Зачем ты убила всех? Ты могла уйти сразу, - он обессилено откинул голову на стену, стряхнув на себя тёркой подрастающих волос чешуйки ржавчины. – Могла уйти уже после первого…

Она тоже откинулась, прижав затылок к холодной стене, и посмотрела вверх. На небе ходили тучи, похожие на жжёные комки ваты, но в прорехах светили звёзды. Почти полная луна ярко светила, разделяя мир на тьму и полутень. Алиса смотрела, не отрываясь, и давила тошноту.

– Отмстила, да? За всё? И стало лучше?

– Нет…

– Ладно, - нахмурился Данила, - Пора уходить…

Алиса медленно перевела на него взгляд и усмехнулась натянуто:

– Куда? Где бы ни были – нас найдут.

– Не найдут, - хмуро отозвался он. – Пойдём!

Он поднялся сам, морщась от боли в израненном теле, и, подцепив девушку за локоть, потянул вверх. Она не хотела двигаться, стремясь снова свернуться калачиком, но Данила упорно тащил за собой.

Из района заброшенных гаражей – в квартал покинутой стройки. А дальше - через гетто, по растрескавшимся без починки дорогам, в знакомый уже район. Данила двигался тяжело, устало, но кровь уже давно не лилась, да и раненные руки двигались с трудом, но всё-таки свободно.

Алиса же едва передвигала ногами, хотя не оставалось ран после столкновения с храмовниками. Её мутило, тело едва слушалось, и сознание затухало. Но когда Данила открыл калитку и втолкнул девушку на тропинку к перекошенному домику, она встряхнулась.

Тут всё оставалось, как прежде. И роскошные липы, и заросли высокой смородины возле ограды, скрывающие домик от дороги, и рассохшаяся дверца, и каменная тропинка до самого порога. Только не было рыжего тельца на дорожке, слетели ставни с разбитых окон да брёвна дома и стволы лип хранили белые, заметные в лунном свете, следы пуль.

Алиса медленно повернулась к Даниле, устало щурящемуся на звёзды.

– Нас найдут здесь…

Он отозвался сразу:

– Нет. Дважды в одно место снаряд не попадает, – и шатнулся к дому: - Пойдём.

Алиса вошла в дом и остановилась - незнакомая ей чистота и порядок поразили взгляд. Данила посторонил её плечом:

– Заходи быстрей – не привлекай внимания, - буркнул, проходя мимо.

В комнате на прежних местах валялись спальники и одеяла, стоял стульчик с ноутбуком и новая спортивная сумка с видимыми горлышками затемнённых бутылок. Алиса прошла и рухнула на постель. Вытянулась на спине, стала неотрывно смотреть на потолок. Данила вышел на кухню и вернулся с чашками чая. Одну поставил Алисе под руку.

Луна светила в открытое окно, прохладный ветер неторопливо сдувал с кожи жар лихорадки, и вокруг расстилалась тишина, в которой Алисе опять хотелось раствориться, как тогда, в склепе. Раствориться, чтобы оказаться… Где?

Она облизала уже почти восстановившиеся губы и посмотрела на сидящего рядом бета, молчаливо прихлёбывающего чай.

– Я видела странный сон… Тогда, в склепе….

Данила посмотрел, приподняв бровь.

Алиса потянулась, повернулась на бок и стала задумчиво водить пальцем по краям чашки. Взгляд её блуждал по лунным струнам, протянувшимся через сито липовых крон в окно.

– Как будто я в другом мире. Там буйный лес, река и белые здания. Такие… треугольником вверх. Огромные. Но главное не это… Там были люди и не-люди. Они походили на людей, но у них была другая кровь… Запах такой, - она зажмурилась, снова ощущая щекотание на ноздрях. – Сладкий… не такой, как от обычных людей. И ещё там были другие люди. С синими губами и чёрными точками во лбу. У них был другой запах. Запах страшный. Я почему-то не боялась его, но чувствовала, что должна…

Даниил покачал в руке чашку и тоже посмотрел в окно. Отставил в сторону чашку.

– Я многое изучил за это время…

Алиса вздрогнула, посмотрела на бета – короткие волосы влажно поблёскивали в лунном свете, а задумчивые глаза приобрели новое, незнакомое выражение. Они стали живыми. Исчезла болезненная плёнка постоянного ожидания боли и ужаса. Это были глаза не бета. Глаза человека.

– В историях разных народов существовали дети ночи, приходящие и пьющие кровь. Самые известные, конечно, вампиры Трансильвании, откуда, по легендам, был граф Дракула. Но упыри были известны и славянам, и грекам, да и на Востоке знали о таковых. Везде, конечно, пьющие кровь ночные чудовища описывались по-разному, в силу традиций и мировоззрений.
– Задумчиво продолжал Даниил. – Но оказалось совсем не сложно отобрать необходимое, самое первое…