Бледные глаза Арамая Тетеревятника напоминали зимний лес. Суровый, настороженный, бесцветный, где все тропинки укрыты белым одеялом. Этот бесконечный лес высасывает из тебя тепло и надежду, и каждый твой шаг навечно запечатлевается в снегу.

Арамай Тетеревятник слишком хорошо понимал сущность страха, чтобы пускать его в свой разум. Даже под дулом пистолета он испытал бы не страх, а интерес к оружию врага, ведь оно тоже может послужить его целям. Зато рассердить его — много труда не надо.

В данный момент Тетеревятник был изрядно зол. В его картине мира тот, кто хочет что-нибудь украсть, должен обратиться к нему. И чтобы вернуть украденное, тоже надо идти к нему на поклон.

У него была информация от пленников, два загадочных письма из тайника в городской стене и отчет шпиона, приближенного к мэру. Картина вырисовывалась следующая. Банда дилетантов из Ночного Побора, то есть его владений, вознамерилась похитить наследницу мэра, но не пришла с этой идеей к нему. Они решили самостоятельно провернуть дельце, не предложив Ключникам ни доли, ни десятины. Хуже того, мэр не пошел к Ключникам с просьбой вернуть дочь. И не сообщил, что отправляет за ней вооруженный отряд. Это даже не грубость, это нарушение порядка вещей.

Вдобавок в деле оказались замешаны знакомые люди. Рядом с мэром вертелся поэт и шарлатан Эпонимий Клент и его девчонка, Мошка Май. Клент шпионит для Книжников, как в Манделионе, или работает на себя? Аферы этого скудоумного эгоиста не представляют опасности, но у него есть дурная привычка совать длинный нос в серьезные дела. За Эпонимием Клентом надо приглядывать.

Как же обратить ситуацию себе на пользу? Из завываний пленников стало ясно, что мэр заплатит выкуп, правда, неизвестно какой, где и когда. Ну, пусть платит. Никакие деньги не помогут сбежать из города без ведома Ключников. Раз похитители решили действовать на свой страх и риск, их нужно схватить, обобрать, а потом еще стребовать с мэра награду за возвращение дочери.

Именно Ключники должны вернуть наследницу отцу. Теперь, когда люди сэра Фельдролла пойманы, прямая угроза миновала. Девчонка Май ускользнула, потому что не пришла на встречу, но Тетеревятник по этому поводу не переживал. Если даже она жива, то от страха заляжет на дно. Без помощи, без связи с нанимателем она не сможет ничему помешать.

Как ни злился Тетеревятник, но похищение надо выкинуть из головы. Его ждет улов покрупнее. Собственные планы Тетеревятника приближались к кульминации, и надолго отвлекаться он не мог.

Хорошо, что мэр ничего не подозревает. Завтра он запляшет под его дудку…

— Госпожа Прыгуша! Пустите меня!

Дверь приоткрылась. Зеленая иностранка, пострадавшая от удара в голову повитуха и изумрудный гусь посмотрели друг на друга. Мошку пустили внутрь.

— Госпожа Прыгуша, вы плохо выглядите.

— Ой, не бойся, все хорошо. — Повитуха косоглазо улыбнулась и рухнула в любимое кресло. — Полежу немножко, и все пройдет.

Видимо, этой странной фразой госпожа Прыгуша рассчитывала успокоить Мошку. Результат получился обратным. Девочка отказалась садиться, пока не нальет хозяйке чашечку джина.

— Госпожа Прыгуша, мы в беде, — наконец заговорила она. — Ключники перехватили нашу подмогу прямо у Сумеречных ворот. У нас нет ни денег, ни людей. И весточку на дневную сторону я передать не могу. Нам…

«…Полная и беспросветная трымзда», — сказал Мухобойщик у нее в голове.

— Нам придется срочно придумать новый план, — вместо этого произнесла Мошка.

К несчастью, сегодня проблемы с финансами испытывали не только Мошка с Прыгушами. Весь Ночной Побор бегал в панике, будто у людей над ухом щелкала сухими зубами Скелошадь. Никто не давал деньги, ни так, ни в долг. Мамочки, которым повитуха недавно помогла разрешиться от бремени, наскребли для нее пару монет, но это была капля в море. Вот почему через час Мошка с Сумбуром Прыгушей потащили продавать всяческую рухлядь.

Перспектива ходить по оживленным улицам с угрюмым Сумбуром Прыгушей не грела Мошке душу, но тот в одиночку не смог бы унести мебель, а его жена плохо себя чувствовала. Сарацин остался дома, охранять повитуху.

При виде толпы, осаждающей Ростовщиков со всяческим скарбом в руках, от утюгов до матрасов, Мошка трезво оценила шансы продать старую мебель. Протолкавшись в магазин, они застали разгар скандала. У прилавка стояла женщина, выпучив глаза, будто увидела привидение.

— Почему так дешево?! Гляньте, какой стол… прекрасная работа, жучками не поеден…

— Мадам, сегодня цену диктует покупатель, — ответил низкорослый толстяк с ювелирной лупой в глазу. — Все рвутся продать, никто не хочет покупать. Честно говорю, сегодня во всем Поборе никто больше вам не даст. Или берите деньги, или освободите помещение.

Лицо у женщины сморщилось, как старая картофелина, глаза наполнились слезами, но она взяла с прилавка скудную россыпь монеток и побрела на улицу. Ее место тут же заняли другие. Люди вываливали перед Ростовщиком стеклянные бусы, мятые котелки, сплетенные из травы коврики, вышитые салфетки.