"Кто? Этот страшный мохнатый еврей?"

"Ты сам на себя посмотри, грязный гей!"

И так, слово за слово, шел диалог,

Пока Недокус не принес молоток.

Он тем молотком пригрозил Эухеньо,

И тот перешел от борьбы к отступленью.

"Послушайте! Все мы друг другу родня.

Раз я был неправ, то простите меня.

Я Кржижа клянусь почитать и любить,

Массаж ему делать и ногти пилить".

На том порешили. Вернулись наверх.

Пришел к Эухеньо нежданный успех.

С вампирами он на весь день затусил,

Шутил искрометно и радостен был.

Флори, Сосо, Брюс - все прониклись к нему

И все рассказали ему посему.

Из них самым древним вампиром был Кржиж,

Сосо был грузин, а вот Брюс был латыш,

Флори был любитель откушать коньяк,

Писал раньше под псевдонимом Бальзак -

Теперь, отойдя от писательских дел,

Он скрылся от мира и в замке осел.

Сосо был российским эстрадным певцом,

Потом был укушен вампирьим клыком

И стал вечно толст и акцент сохранил,

Мечтал сделать запись себя на винил.

А Брюс имя раньше другое носил

И телеведущим себя проявил,

Однако попал он вампиру в клыки,

И приняли в замок его мужики.

И в замке зажил с этих пор Похуеску.

Повесил на окна везде занавески,

Фиалки сажал и варенье варил,

И в общем и целом неплохо тусил.

В гостиной устроил салон красоты,

В делах маникюра достиг высоты.

Брюс и Сосо выбирали шеллак

И маникюр по-французски Бальзак,

Даже Кржижу сделал он маникюр.

Кряхтел тот и матом орал без купюр.

Затем педикюр стал осваивать он,

Чтоб ноготь зловещий был им побежден.

Девять ногтей удались на ура,

И вот меганогтя настала пора.

Но тут Эухеньо ждала западня:

Пытался он ноготь отрезать полдня,

Он несколько ножниц уже поломал,

А Кржиж же по-прежнему матом стонал.

Отчаявшись, взял Эухеньо топор

И этим себе подписал приговор.

Неладное чуя, открыл Кржиж глаза,

А после и рот, и проклятье сказал:

"Лех тизда"ен, мерзкий, страшный урод!

Взял мои когти ты в свой оборот,

Но я не стану и дальше терпеть.

Я пожелаю тебе умереть!

И замок пускай этот нахер падет

И под собою вас всех погребет!

А я улетаю, пожалуй, на Марс.

Делай, что хочешь, больной педераст!"

Ногтем он принялся резко крутить,

И это ему помогло воспарить.

После такой страшный вихрь приключился -

Наш Эухеньо лежал и молился.

Когда получилось немного привстать,

Земля стала резко под ним проседать,

Весь замок затем стал скрипеть и шататься.

Решил Эухеньо: время съебаться.

В мышь обернулся тогда Похуеску,

Крылом отшвырнул ногтевые обрезки,

Лавировал он меж летящих камней,

Но вспомнил внезапно про новых друзей.

В итоге он вытащил всех из руин.

Сосо становился не мышь, а пингвин,

Поэтому он не сумел улететь,

А мог только басом стонать и кряхтеть.

Брюс Перекус жертвой занят был сильно

И камнепад не заметил обильный.

Удар получив, он с сознаньем простился,

А жертва очнулся, восстал, удалился.

А Флориан был сознательный очень,

И кинулся он на спасение прочих.

Колонной однако задавлен был он

И возлежал среди падших колонн.

Всех Похуеску ускоренно спас,

А также извлек золотой унитаз.

Вампиры тотчас же затеяли спор.

Сказал Перекус: "Ты изменник и вор!"

Сосо прохрипел: "Может, ты педераст?!"

Заметил Флори: "Он же вытащил нас!"

Подсос произнес: "Ну валите вдвоем!

Остался сарай, для двоих места в нем

Достаточно. Брюс и я будем здесь жить,

Приличных невинных девчонок ловить".

Флори с Похуеску отправились прочь.

Весь день они шли. Вот настала и ночь.

Сказал Похуеску: "Ты знаешь, дружок,

Ведь я золотой унитаз уволок".

"Ого, так давай же закажем такси!" -

Флори Похуеску тотчас попросил.

И вот Дача Логан за ними пришла