Рональд посмотрел на каменную стену, отгородившую от них Ли-фанну.

– Эту стенку мы точно не разберем. Я опасался чего-то подобного. Похоже, к Левиафану ей придется идти одной...

– То есть как - одной?
– охнула Алька. Несмотря на то, что раньше она Ли-фанну терпеть не могла, но за время пути они успели сдружиться.

– Но разве мы не должны победить его вместе?
– спросил Эван.
– Мы же избранные, или что-то вроде того...

– Это-то да, конечно, но начать всю цепочку «великих потрясений» предначертано ей одной. Что бы ни случилось сейчас в той части пещеры, мы ничем не сможем помочь...

Рональд, похоже, и сам не рад был своим словам. Но что можно сделать с горькой правдой? С правдой можно только смириться.

– И что, в таком случае, нам делать?
– хмуро спросил Эван.

– Видимо, придется последовать за легионерами, - со вздохом сказал Рональд.
– Других вариантов я не вижу, тем более, что и обратный путь завален.

И действительно - коридор, откуда они пришли, тоже был завален. Все. Пути назад нет.

– А ты?
– спросила Альнора?
– Ты с нами?

– А как же еще? Мне ведь только к самому Левиафану вход закрыт. Ну, идемте.

И четверо наших друзей отправились дальше - туда, куда ушли легионеры. Нужно было идти. И будь, что будет.

Ли-фанна.

– Ребята! Эван! Аля! Тарлиан! Рональд! Вы живы? Вы меня слышите?

Нет ответа.

Тишина. Каменная стена впереди будто поглощала ее голос. А даже если они и слышали ее, в ответ все равно не доносилось ни звука.

Живы ли они? Или попали под обвал? Чем закончилось сражение? Или оно еще идет? Ох, как же страшно... в основном потому что кругом сплошная неизвестность.

Хоть бы лучик света сюда... хоть какой-нибудь! Но кругом кромешная тьма, и даже стена прямо напротив угадывается скорее интуитивно, чем визуально.

– Ребята? Эван...
– еще раз позвала она.

Безрезультатно.

А ведь Хэла говорила, что она может как-то повелевать силами огня... Ну и где они, силы эти? Сейчас бы они как никогда пригодились!

Да, в отличие от, например, Тарлиана, Ли-фанна совершенно не чувствовала в себе никаких проявлений силы или дара. Будто бы вся сверхмагия прошла со вспышками в глазах. А ей еще предназначено сразиться с Левиафаном...

...Одновременно с этой мыслью где-то в глубине пещеры послышался жуткий рев, а в коридоре - в той его части, что не была завалена камнями - девушка увидела какой-то красно-оранжево-белый отблеск.

– А вот, похоже, и сам Левиафан...
– она сказала это вслух, чтобы хоть как-то успокоиться. Не сказать, что это ей так уж удалось...
– Ладно, госпожа Лотье, соберитесь... когда-нибудь это должно было случиться... Надо просто успокоиться, и... и пойти вперед... о боги, что я говорю!
– вскричала Ли-фанна. Она ужасно боялась, и от страха было никуда не деться. Он преследовал ее, пробирал до дрожи, даже, кажется, ерошил волосы на голове. И самое плохое, что у нее действительно не было никакого другого выхода, кроме как идти вперед - туда, где неизбежно придется встретиться с Левиафаном... и хотя Ли-фанна больше не боялась этого имени, все равно присутствовала какая-то жуть... особенно если вспомнить этот рев, прозвучавший совсем недавно...

«И почему я одна?
– отчаянно подумала девушка.
– Что с нашими, неизвестно. Мифъол погиб. Вот он бы точно знал, что сейчас делать! Мифъол, Мифъол... Как же мне тебя не хватает!»

Ей вдруг вспомнился ее отец, исчезнувший семь лет назад где-то в Черном лесу. Отец, имени которого она даже не помнила. Ведь когда он исчез, мама совершенно не знала, что им делать. Она осталась совершенно одна с ними, двумя дочками, на руках... но все-таки не сдалась, как-то поставила семью на ноги... И ведь она не потеряла надежду...

Вот бы и она, Ли-фанна, могла так же... не сдаваться, несмотря ни на что.

И вдруг она услышала - и ей не показалось, в этом она была уверена на все сто процентов!
– она услышала голос, принадлежавший, несомненно, Мифъолу:

– Ты справишься... я точно знаю...

Она не осмелилась переспрашивать или вообще что-либо говорить. Но что это вообще могло быть? Неужели призраки реально существуют, или же в стенах этой пещеры оживают духи? А может, это ее воспаленное страхом воображение сыграло с ней злую шутку? Но она знала, что это не так.

В нее верили все: и Мифъол, и Эван (от этой мысли сердце почему-то дрогнуло), и даже Хэла... Диона, кажется, вообще возлагала на нее какие-то особые надежды... как, впрочем, и предводитель Легиона, так что не стоило слишком обольщаться на этот счет.

Если кто-то и верил в нее изначально, то это была Иринка. Кто, кроме сестры, всегда поддерживал ее, и надеялся на лучшее? Даже мама, кажется, не была настолько уверена в своей старшей дочери. Хотя насчет мамы Ли-фанна уже ни в чем не могла быть уверена.