Шрифт:
– Да. Естественно, мы же близнецы!
– А вот если мужик прижил ребенка от любовницы, когда есть жена... и признал предыдущих детей... Любая жена, у которой хоть сколько-нибудь варит котелок, постаралась бы избавиться от такой помехи собственным детям. Мало ли, что муженек на старости лет в завещание впишет.
– Добавила Ковь безапелляционно.
– Гарпия и Моль уже были к тому времени в замке, насколько я помню?
– Да, достаточно долго.
– Кивнула Мила серьезно.
– Расскажи про них.
– Попросил Васка.
– Ну... Гарпия - она злобная. Чуть что - сразу кричит. Юридически именно она моя мачеха, и именно ее муж, Фахлер - мой отец. Мужа мне уже третий год приглядывает. Все время попрекает, что я не ношу платьев, которые мне шьют - а они мне не идут, категорически! И обувью... и когда кто-то повадился вино таскать из погребов, и она заметила, первым делом меня за косы оттаскала, а уж потом виновного нашла - это поваренок был... и не извинилась. Ну а Моль... я ее редко вижу. Она вечно в своей комнате сидит, ну и молчит... или книжки читает, всякие... и болеет часто. Вот вроде бы близняшки, а Гарпия здоровехонька, а Моль болеет и болеет. Жалко ее. Манталена очень детей всегда хотела... Не чтобы наследник, а просто... я даже немного рада, что у нее получилось. Она очень любит мужа. Они с сестрой неразлучны, и, говорят, Гарпия сюда приехала только потому, что не захотела оставлять сестру одну. Каждый день ругается с мужем, орет, орет, орет...
Ковь медленно, чуточку безумно улыбнулась.
– Васка! Я знаю, кто виноват. Моль же!
Васки подумал немного. Согласиться не получилось - слишком гадкое впечатление на него произвела Гарпия. Он думал, что и на Ковь тоже, но она, видимо, уже и забыла их недолгую пикировку за ужином.
– Я не согласен. По описанию Милы, это безобидная женщина. А вот Гарпия...
Ковь начала загибать пальцы:
– Хочет ребенка. Не общается с падчерицей - все заботы о Миле лежат на Гарпии. Любит мужа! И на нее никто бы не подумал, потому что она вроде бы болезненная и безобидная, тень своей боевитой сестры!
Васка недоверчиво покачал головой.
– Признал-то девочек Фахлер. А Моль замужем за Тахлером. Зачем ей ревновать чужого мужа к племянникам?
– А леший ее знает, зачем, мало ли, как бабу переклинило. Но ну сам подумай, зачем Гарпии убивать мать Милы, если мужа она не любит, своих детей у нее как тогда не было, так и нет - она даже о Миле заботится, да и замуж-то она вышла вслед за сестрой? Кстати, а кто из братьев официально старший, Мила?
Отогревшуюся было у Васки под боком Милу вновь затрясло.
– Фахлер...
Васка крепко задумался.
Слова Кови были правдоподобны. А если Фахлер старший, если любовница - любимая, то если бы Етель родился и был бы признан, то велика вероятность, что именно он стал бы наследником. И неважно, кого родила бы жена Тахлера и родила бы вообще. Но нельзя же обвинять человека, которого ни разу не видел?
– А мы можем как-то пообщаться с госпожой Манталеной?
– Увы, никак.
– Вздохнула Мила.
– Хотя... Она бывает в библиотеке. Наверное, если караулить ее там, то можно. Хотите, я там посижу, а потом вам по воде весточку пошлю, чтобы вы с ней как бы случайно столкнулись? Ковь ведь умеет... ну, магию? Глупый вопрос, я понимаю...
Ковь как-то странно поморщилась, и Васку это насторожило.
– Я специализируюсь на бездымном небесном огне, молниях. Вода мне не очень дается.
– А разве это важно?
– Удивилась Мила.
Она протянула руку к свече, зажженной Ковью, сделала пасс рукой - свеча погасла. Сделала еще какой-то сложный жест - свеча зажглась.
– Вот, я же могу с огнем?
В глазах у Кови плескалось безграничнейшее изумление.
– Ну, попробуй.
– Неохотно сказала она.
– Ты, должно быть, очень-очень талантлива и с твоей весточкой у меня все получится.
Мила чуть ли не в припрыжку поскакала к двери, прямо засветилась вся от похвалы. Ее наконец перестало трясти. Самоучку признала настоящая магичка - шутка ли!
Васка подумал, что Миле не стоит скрывать свой дар. Когда они разберутся со всем этим, он поговорит с ее отцом. Или дядей... Не замуж ей надо, а в Школу.
На пороге Мила обернулась, лучезарно улыбнувшись.
– Спасибо вам... что согласились помочь. Даже если не получится - мне стало легче.
– Зажги свечу.
– Попросил Васка, когда Ковь оделась.
Просьбу эту он буквально выдохнул ей в ухо: без его помощи Ковь бы эту пыточную конструкцию, по недоразумению считавшуюся платьем, не нацепила бы.
Ковь замерла. Пикантность момента тут была совершенно не при чем, она просто лихорадочно соображала, что бы соврать. Не признаваться же Васке в том, что она не слишком-то умелая магичка. Что может быть позорнее, чем истратить почти весь свой резерв, просто прислушиваясь? Да, она никогда не умела соизмерять собственную силу, но Васке об этом знать совершенно не обязательно.