— Сюда! — пророкотал над головами рык Нэры. — Сумеем мы вас защитить!

— Скорей! — рявкнул Моран, толкая перед собой растерявшихся ведьмаков.

Драконы, громко хлопая крыльями, с рычанием бросились вперед, защищая собой беззащитных товарищей. Они изгибали длинные шеи, поливая врагов огнем, и неистово клацали зубами прямо у морд их коней. Воины Сферы скрылись под пеленой огня. Они пытались защитить себя магическими блоками, но древний огонь драконов был гораздо могущественнее и превращал все живое в пепел на своем пути. Вскоре все вокруг было покрыто огненной геенной, среди которой слышались ужасающие вопли настигнутых смертью людей.

Хару со страхом и гордостью смотрел на Золотых Драконов. Они все еще кружили над огромным пожарищем, их резкие несдержанные движения выдавали неутоленную злобу. Под их сверкающей чешуей перекатывались огромные напряженные мышцы.

— Надо уходить, — тихо молвил Моран, оглядывая поляну, на которой свершилось столь молниеносное побоище.

Альрут кивнул и свистом подозвал драконов. Те нехотя приземлились. Их шипованные хвосты разгневанно хлестали по сторонам.

К друзьям подошел Гром. Топор его был опущен, плечи поникли, а в налитых кровью глазах стояли слезы.

— Двое из моих воинов погибли, пятеро ранены, — тихо произнес он.

Селена положила руку на плечо гному.

— Соболезную.

Лесной пожар был быстро потушен самими драконами, и глазам друзей открылись страшные изуродованные огнем тела людей и лошадей. Над лесом стоял смрад паленого мяса, и путники, стараясь не смотреть на ужасную картину, быстро надевали корзины на спины драконов. Раненые были аккуратно перенесены в корзины первыми, потом опустили тела убитых, бережно завернув их в тряпицы. Гром никак не желал хоронить своих храбрых защитников в этом проклятом месте. Вновь двинулись в путь. Новый привал решили сделать лишь на рассвете, когда поле боя будет уже далеко.

Прохладный ветер обдувал разгоряченное лицо Хару и его еще дрожащие от страха и омерзения руки. «Сегодня мы чуть не погибли!» — думал несчастный юноша. На его сердце лежало горе уже от слишком многих смертей, расставаний и обид. Ведьмак стиснул кулаки, глотая слезы. Все его беды вдруг начали вырисовываться в одну сущность. Хару подсознательно искал исток всей своей боли, чтобы вылить в найденный сосуд злобу и жажду мести. Хару вспомнил об Ирен и о ее предательстве, которое столь сильно ранило его сердце. Нет. Он не будет любить ее! Она никогда не увидит и толику муки на его лице!

С этими мыслями Хару уснул, изнуренный усталостью, положив голову на край корзины, а не высохшие слезы на его пылающих щеках продолжал сдувать ветер ночи.

После того как встало солнце, измученные путники вновь разбили лагерь, но никому не спалось — нервы были натянуты как струны. Спустя всего лишь несколько часов после рассвета, пока в лесу еще сохранялась прохлада утра, Гром снова приказал седлать драконов и пускаться в путь.

Хару стал замечать, что блестящая чешуя Рюка чуть померкла, шея его была опущена, а крылья, некогда мощные и упругие, теперь лишь вяло вздымались и тяжело опускались при полете. Каждый до единого путник был вымотан до предела, но никто из них и не помышлял о дополнительном отдыхе. Теперь, когда вражда с Фордхэмом и Сферой началась в открытую, нельзя было терять ни минуты. Ведьмак с ужасом подсчитывал дни, которые ему с Мораном и Ирен придется провести в плаванье. Сколько важного может случиться за это время!

Хару так был занят своими мыслями, что не заметил, как редкие лески и голые равнины стали обрастать могучими деревьями, кроны которых еще были покрыты стойкой зелено — желтой листвой.

— Мы приближаемся к Королевству Оринор! — громко закричал Альрут, перекрывая свист ветра.

От этого известия встрепенулись полусонные от долгой дороги дружинники Грома, а драконы радостно взревели, предвкушая скорый отдых.

Хару, очнувшись от забытья, перегнулся через край корзины и с этих пор больше не отрывал взгляда от пейзажа, проплывающего внизу. Только к полудню следующего дня внизу замелькали города.

Когда вдали показался очередной город, глаза Селены радостно засверкали.

— Смотри! — сказала она Хару, указывая на белые башни, возвышавшиеся над лесом. — Это столица Королевства — город Парацелла! Огромный город! Сюда стекаются самые последние новости вместе с купцами, знатными людьми и героями, жаждущими получить награду за выполнение чужих заданий… — всем своим видом Селена выражала поистине детский восторг. Хару пристроился рядом, намереваясь получить краткую экскурсионную лекцию. Тем временем Селена продолжала, пожирая взглядом родные места. — Эльфы всегда относились к вере, как к части своей жизни, поэтому в Парацелле выстроили огромный храм, посвященный Гонандорфу — мудрому хранителю эльфийского рода. Посмотри в восточную часть города. Видишь золоченый купол? Это и есть храм! Жрецы храма, благодаря своей вере могут общаться с Хранителем, получая от него советы и наставления. Еще эльфы прекрасные врачеватели, поэтому в Парацелле был открыт Лазарет, названный именем нашего Хранителя. В него съезжаются лечиться представители всех народов со всего мира Токания. Ты можешь и его увидеть. Вон то крепкое здание, чьи стены охвачены диким виноградом.

А в самом центре города выстроен замок короля эльфов Горация Третьего. Отсюда в лес посылаются большие отряды, что бы очистить нашу территорию от оборотней, с которыми эльфы воюют вот уже не одно столетие.

— О, Хранители! — только и выдавил Хару.

У него перехватило дыхание при виде огромного королевского дворца из белого камня с резными широкими окнами, мраморными ступенями и острыми башнями, разрезавшими небосвод. На шпиле самой высокой башни веял желтый флаг со вставшим на дыбы единорогом.