Роликов почему-то еще стоял. Именно в этот момент я подумал, что предложения скорее всего не будут приняты.

— Так что, Сергей Платонович, с первым вопросом можно кончать? — проговорил Рыбаков. — Вроде все ясно. Нужно подтвердить проект института.

— Почему бригада отказалась? — вдруг спросил у Роликова начальник главка.

— Обидели ее, несерьезно отнеслись к предложению.

— Кто несерьезно отнесся?

Роликов нерешительно посмотрел на меня. Если он сейчас скажет, что я, — значит, все.

— Не важно.

— Нет, важно! — строго сказал начальник главка.

Роликов помедлил и тихо ответил:

— Виктор Константинович.

Зал вздохнул. Я почувствовал, как рвутся мои последние связи с людьми, сидящими тут.

— Так? — начальник главка посмотрел на меня.

«Я могу выскользнуть… Знаю, как можно ответить в таких положениях… Полуправда!.. Полуправда!.. Мол, не смеялся же я над предложением, конечно, не смеялся… Необычное оно, предложение, понимаете, новое… Полуправда!»

— Предложение было очень необычное…

— Отвечайте прямо: правду сказал Роликов?

На ответ у меня секунда, ну, может быть, несколько секунд… «Нет, конечно… Я должен ответить: нет…» Зал ждал… За столом сидели немногие, места оставили иностранцам, да если б и не оставили, все равно не любят начальники СУ садиться близко к начальству. Только Вяткин расположился прямо напротив начальника главка и привычно усмехался. Эта ситуация ему, видно, доставляла удовольствие: «Ну-с, миленький, каков ты?» — говорила его усмешка… Смотрит Быков… Надо отвечать — «нет», конечно…

— Да, — вдруг неожиданно для себя сказал я. Ясно помню, что в этот момент я трезво оценил, чего мне будет стоить этот ответ. Но я не мог иначе. Я мог соврать начальнику главка, Рыбакову, Сарапину, даже Роликову я мог бы соврать, но Быкову… Только сейчас я понял, что с самого начала между нами велось какое-то скрытое, может быть, подсознательное, соревнование. И если я хочу победить, я должен говорить правду… Зачем она тебе, эта победа? Пиррова победа!..

— Значит, вы сначала отклонили предложение бригады, потом мило признали свою ошибку и отстаиваете это предложение. (Как холодно и жестко бросает эти слова начальник главка!)

— Да, — уже без колебания отвечаю я. Быков отворачивается.

Странно. Именно в эти минуты мне вдруг показалось, что порванные нити понимания снова натягиваются между мной и присутствующими.

На этот раз Рыбаков обратился к начальнику главка требовательно:

— Сейчас уже все прояснилось. Надо кончать.

— Безусловно! — Сарапин приподнимает палку.

Несколько секунд в зале висит многозначительная пауза.

— Можно мне, товарищ Рыбаков? — Вяткин по-ученически поднял руку.

Рыбаков пожал плечами:

— А почему вы у меня спрашиваете?

— Как же, как же!.. Я думал, что вы председатель. А наш уважаемый Григорий Владимирович Сарапин — так сказать, товарищ председателя. — Вяткин встал. — Если помните, в старое время был товарищ министра… Так вы, значит, не председатель?

— Председатель совещания Сергей Платонович, — холодно ответил Рыбаков.

— А я думал… Понимаете, хочу про Нефедова еще одну нехорошую вещь рассказать. Понимаете, сей молодой человек пригласил меня к себе и в порядке подготовки совещания агитировал, чтобы я выступил за новые предложения… Так, Нефедов?.. Ах, как нехорошо, всем подтверждаешь, а мне не хочешь.

«И этот тоже!.. Что мне ответить?.. А, сейчас уже все равно»…

— Да.

— Ну вот видите, подтвердил. — Вяткин сел, но вдруг резко спросил начальника главка: — Зачем вы нас собрали сюда, Сергей Платонович? Вон сколько людей! Чтобы осудить Нефедова за неправильные его действия? У нас на это нет времени. Если подсчитать, за нами тысяч двадцать народа. Вкатите ему выговор, понизьте в должности — и конец делу. Разойдемся… Я понимаю, что собрали нас обсудить технологию. Так?.. Так давайте ее обсуждать, ее — технологию.

— Правильно! — подтвердил кто-то из задних рядов.

— Надоело, Рыбаков, слушать, как вы ловчите. Проект-то ваш, скажем деликатно, — посредственный. Вы это сами понимаете. Так нет, чтобы мундирчик защитить — вот уже час упражняетесь…

— Я бы вас просил… — внушительно начал Рыбаков.

— Что вы меня просите, Рыбаков? Ну что? Я вот не хотел выступать, но, глядя на вас и Сарапина, не выдержал… Я предлагаю, Сергей Платонович, принять предложения и о поточном подряде и о новой технологии. Эту стройку нужно вести так, чтобы пример был, люди поучиться могли… А Нефедову всыпьте как следует… Да не забудьте, пожалуйста, и этого парня. — Вяткин показывает на Кима. — Пусть народ не сбивает.