Шрифт:
– Здесь десять тысяч долларов. Это половина вашего гонорара. Вас устроит такая сумма?
Директор резко прекратил раздумья и выпрямился:
– Будем считать, что это треть суммы.
– Хорошо, - легко согласилась дама.
– Вот и прекрасно. Но могут быть различные накладные расходы, оплата экспертиз...
– Я всё оплачу, только... не хотелось, чтобы бесцельно...
– Все расходы будут подтверждены документально - это наш принцип. В случае невозможности получения оправдательного документа в виде чека, расписки и какой-либо иной формы составляется акт.
– Вы имеете в виду траты на взятки?
– чуть прищурилась женщина.
Голубицкий развёл руками:
– Назовём это платой за продвижение дела, но не без этого, Альбина Романовна, не без этого.
– Что ещё требуется от меня?
– Телефоны ваших нотариуса и адвоката, если таковой имеется, а также клиники и врача, где наблюдался ваш супруг. Как только появятся результаты, мы с вами свяжемся.
– А когда?..
– Дайте нам хотя бы несколько дней, Альбина Романовна!
– Хорошо.
Торопова попросила ручку и бумагу и, заглядывая в свой смартфон, написала несколько фамилий и номеров телефонов. После этого попрощалась и ушла. Иван проводил её до первого этажа. Внизу он встретил Нелли и вместе с ней снова поднялся на двадцать второй этаж.
В кабинете Голубицкий, чертыхаясь, возился с замком сейфа.
– Помочь, Семён Григорич?
– Нет, садись.
Справившись с дверцей сейфа, директор вернулся на место, сел и взглянул на Ивана:
– И что ты думаешь по этому делу?
– Откровенно, Семён Григорич?
– Желательно.
– Пустышка. Ничего мы не найдём.
– Согласен, Пинкертон. Но, - директор поднял палец, - деньги уплачены, и их надо честно отработать. Не в наших правилах обманывать клиентов. К тому же, чем чёрт не шутит, а вдруг что-то всплывёт, - Голубицкий достал из ящика стола пачку одноразовых платков и шумно высморкался.
– Хотя лучше бы не всплывало. Всё, Максимов, иди. Набросай план работы - и вперёд. Светлану, если понадобится, можешь привлекать, у неё ничего срочного сейчас нет.
Иван вышел в приёмную и остановился. Глаза невольно остановились на вызывающем декольте Нелли. Секретарша игриво стрельнула глазами в сторону Ивана:
– Ну, что, Максимов, озадачил тебя Григорич?
– Озадачил...
– пробормотал Иван, про себя удивляясь, как Неллин бюст, вернее та ничтожная его часть, что оставалась прикрытой, не вываливается наружу.
На столе ожил интерфон:
– Нелли, ты пришла?
– Да, Семён Григорич.
– Зайди-ка.
Детектив прикрыл дверь и направился к себе - предстояло составить план мероприятий и приступать к расследованию.
Глава 2
Среда, 7 июля, 10 часов 40 минут
Первым делом Иван внимательно прочитал копию медицинского заключения о смерти критика. Всё верно: "... смерть наступила в результате острой сердечной недостаточности", число, подпись врача-патологоанатома "Хромов В. М.", печать медицинского учреждения. Иван посмотрел на адрес. Оказалось, что клиника расположена совсем рядом с их офисом. Недолго думая, Иван набрал номер.
– Неврологическая клиника, регистратура.
– Здравствуйте, могу я переговорить с доктором Хромовым?
– Кто его спрашивает?
– Это из полиции, по поводу одного его заключения. У нас возникло несколько вопросов.
– Соединяю.
Через минуту в трубке раздался мужской голос:
– Хромов.
– Здравствуйте. Меня зовут Иван Александрович Максимов, я частный детектив, работаю по делу смерти Торопова.
– Мне сказали: полиция... А с чего вдруг вы озаботились кончиной Торопова?
– Извините, как к вам обращаться?
– Владимир Михайлович.
– Владимир Михайлович, я работаю по поручению вдовы Торопова Альбины Романовны.
На том конце провода немного помолчали.
– Хорошо, что вас интересует?
– Владимир Михайлович, вы производили вскрытие Торопова по просьбе супруги?
– Да, насколько мне известно, именно она на этом настояла, хотя предварительный диагноз врачей скорой помощи не вызывал сомнений и впоследствии полностью подтвердился.