Упомянутые солдаты стояли столбом. Те же, кто вернулся с нами, опустили головы, разглядывая, что-то на земле. Фольтас выхватил меч и бросился на меня. Я же только этого и ждал. Уклонившись влево, отрубил руку выше локтя. Меч коменданта рухнул на землю. Сам он упал на колени, сжимая обрубок. Белый как мел, поднял на меня наполнившееся ужасом лицо.

– Счастливого пути, г-н капитан.
– Усмехнувшись, параллельным земле ударом, я снес ему голову. Вытерев клинок о труп, вложил его в ножны. Не глядя по сторонам, не думая ни о чем, я пошел к себе в комнату, где рухнув на кровать, просто отключился.

Разбудил меня стук в дверь. В комнату вошел Норгель.

– Доброе утро, г-н Лейтенант.

Я сел на кровати.

– Доброе, Норгель. Арест?

– Никак нет.
– Подняв голову, я увидел спокойные серые глаза десятника.
– Но до этого не далеко. В крепости понимают, что вы правы. Но скоро должно прийти подкрепление. Гонца оправил комендант. И кто бы ни прибыл с ними, вряд ли он обрадуется случившемуся. Георг, тебя ждет трибунал. Скорее всего, казнь через повешенье.

– М-да. Короткая вышла служба, а Норгель?
– Улыбка слегка проявилась на вечно серьезном лице, давая понять, что шутка принята.

– Мы тут посовещались между собой. В общем, внизу ждет ваша кобыла. Провизии хватит недели на три.

– Предлагаешь бежать? И куда? В степь?

– Георг, если не уйти - верная смерть. А по краю можно добраться до перевала на северо- востоке отсюда.

– Значит, Ледяная Пустошь?

– Там тоже люди живут. Пусть варвары, но ведь живут. Мало кто там бывал, места уж больно суровые, но другого пути нет. А ежели сможете север пересечь - до Дорланда доберетесь. Все лучше, чем в петле болтаться. Но решать вам.

Норгель вышел. А я задумался. Весь северо-восток континента пересекал Великий Хребет. Три - четыре перевала позволяли подняться на плато Ледяной Пустоши. И если юг и восток этого неуютного места занимали леса и ущелья, то весь север - это снег, лед и холод. По слухам, там выживали только странные животные с густым мехом и великаны, мало чем от них отличающихся. Но в лесах и горных долинах, жили варвары. Они редко контактировали с другими людьми, но и не убивали всех подряд, без разбора, как это делали степняки. Умирать не хотелось. А значит, стоило попробовать добраться до гор по северо - западному краю Орунайских степей. Что ж, решено. Можно отправлятсья.

Третий день в степи. Один. Я старался быть серенькой, маленькой, незаметной мышкой. Держался подальше от клубов пыли на горизонте днём и от отблесков костров ночью. Не разводил огонь сам и питался лишь вяленым мясом, рыбой, сыром и (к третьему то дню) чёрствыми лепешками. Вода в бурдюках убывала, но вдалеке я уже видел горы. И с каждым новым восходом Кэролай они вырастали в размере, отнимая у неба всё больше и больше пространства. И на шестой день я уже был в предгорьях Великого Хребта. Сегодня, проделав большой путь, я остановился в небольшой рощице с родником, спрятавшейся среди холмов. Поужинав и расположившись на ночлег, я лежал и, смотря вверх, разглядывал лики богов, очерченных золотыми точками. Некоторые из них лукаво подмигивали, заставляя меня задуматься, что же еще они припасли для меня. Плавно и незаметно я погрузился в сон. Снова я смеялся и играл с Ньорлой. И как раньше, Леорик победил меня на мечах. А когда я упал, он приставил холодную сталь к горлу.

– Не дёргайся. Голова лишней не бывает.
– Голос Лео был груб. Слова были сказаны со злой усмешкой. Я удивился, ведь он даже речью был больше похож на мать.

– Да он крепко дрыхнет, Скрол! Его сейчас поимей, он даже не заметит.
– Я отчаянно моргал, стараясь не шевельнуть головой. К моему горлу был приставлен кривой меч. Держал его здоровенный амбал в укреплённой кожаной куртке. Выбритая голова слепила больше острого куска железа, что но держал в руке.

– Ну что парень, нежданчик(?), а?
– Искривлённая гримаса, по-видимому, означала веселье. Но я сомневался. О боги, вот ведь урод! Реж меня на куски, но красавцем ему не бывать. Второй стоял рядом. Самый обычный степняк. По шагам сзади, я понял, что не последний.

– Короче так, снежок. Ща Бигар тебя повяжет, ты тихонечко лежи, не трепыхайся. Может быть, ты даже не умрёшь. Сегодня.

Второй подошел ближе. В руках моток веревки. Вот так вздремнул. Мысли перескакивали с одной на другую. Их было много. Целых две. Какого хрена это было и что же, блин, теперь делать?

– А на кой он тебе сдался, Скрол? Может, распнем его на колышках, да шкуру спустим? Чего за зря с собой волочь?
– Пока Бигар стягивал мне кисти, а здоровяк наблюдал, остальные потрошили сумку и мои скудные запасы. Молодой степняк, вертя в руках прямой меч, разглядывал меня с явной неприязнью. На колышках, значит? Я тебе это еще припомню.

– Мне он не нужен.
– И снова гримаса боли, то ли радости.
– Но вот шаман просил пленника. А дочка у шамана - прям огонь, глядишь, и согласится на обмен.

И ржут, сволочи. Прям не шутка - успех скомороха.

– Так, малыш, слушай сюда. Коняга твоя устала, ей отдых нужен. Потому ножками пойдёшь. И не вздумай брыкаться. Смотри, я ведь могу и кожу снять. Рассказать как?

Меня подняли на ноги и привязали к седлу Бигора верёвкой где-то метров пять.

– Все готовы? Ну посмотрим, как чужаки бегают, а?