– Никогда не слышал ничего подобного. Зачем, спрашивается, нужна подобная подготовка?

– Это - отбор на выживаемость одновременно с процессом привыкания к условиям несения службы. Король не может допустить гибели солдат во время исполнения ими своего воинского долга, ибо это разрушит представления о неуязвимости нашей армии. Ты ведь, наверняка, знаешь, что когда наши войска выполняют свои обязанности по умерщвлению населения, проживающего на пути наступления войска противника, они сталкиваются с жутким непониманием со стороны местных мужланов, которые лупят солдат по голове дубинами, оглоблями и всем, что попадет под руку. Неподготовленный солдат, безусловно, от таких ударов расстался бы с жизнью, но от голов наших солдат дубины отскакивают словно от каменной стены, что достигается именно упомянутой мной подготовкой. Но, к сожалению, во время самой подготовки многие солдаты умирают из-за того, что содержимое их головы не выдерживает ежедневной практики, и, честное слово, я не хочу пополнить их число!

– Ах вот оно в чем дело!
– вздохнул Маяс с облегчением.
– Теперь мне понятна твоя проблема, и я с радостью готов тебе помочь. Поверь мне, опасность для твоей жизни заключается не в том, что у тебя две ноги, а в том, что у тебя может оказаться слишком большой мозг, который не сможет укрыться от тренировочных ударов. Я сварю для тебя настой, после испития которого твой мозг сделается не больше куриного яйца, и тогда тебе уже ничто не будет угрожать.

Видя отрицание такого метода, отобразившееся на лице парня, Маяс поспешил добавить:

– Если ты боишься, что маленький мозг помешает твоей военной карьере, то это не так. Смею тебя заверить, что тебе не о чем беспокоиться. Из уст придворного лекаря и мудреца хорсемского хана мне достоверно известно об одном генерале, у которого мозги отсутствовали полностью, что не помешало ему стать командующим алийского войска.

Еще в мирные времена этот славный генерал занимался военными вопросами, причем делал это так ловко, что, за счет отпускаемых из казны денег на содержание войска, он исхитрился построить себе и своей родне двенадцать домов с прекрасными садами с певчими птицами и мраморными фонтанами, из которых било самое дорогое в Алии вино. Когда же хан хорсемский пошел войной на Алию, генерал во главе алийского войска выступил в поход. Выбрав удобное место для битвы, он велел разбить лагерь и дожидаться подхода противника. Но так как хорсемкая армия, занятая разорением алийский городов, не подходила в течение двух месяцев, генерал решил занять солдат полезным делом, дабы они не сидели сложа руки и не прожирали зря казенные запасы. Чтобы чем-то занять солдат, генерал решил построить себе на облюбованном им месте деревянный штаб армии с резными наличниками, баней, бассейном, залом для банкетов, баром, крытым теннисным кортом и всеми прочими необходимыми элементами, дабы командование могло спокойно обдумывать предстоящую битву. К строительству штаба было привлечено прозябавшее в безделии войско. Единственное, что расстраивало генерала, это то, что в лесу, где в момент битвы должен был стоять засадный полк, не хватило дерева для строительства, и после того как лес был весь вырублен, пришлось посылать войска за сорок километров в другой лес, и затем на лошадях кавалерийских полков перевозить бревна к месту строительства.

Строительные работы кипели вовсю, когда, откуда ни возьмись, появилась хорсемская армия. Алийцы отважно защищались подручными строительными инструментами, но безжалостные хорсемцы порубили их саблями на мелкие части. Затем хорсемский хан велел обезглавить командовавшего алийской армией генерала и сделать из его черепа чашу для вина. Когда отсеченную голову военачальника доставили хорсемскому хану, он передал ее уже упомянутому придворному лекарю, чтобы тот извлек из черепа генеральские мозги, которые было велено скормить собакам. Сколько ни бился придворный лекарь и мудрец, но мозгов в черепе генерала он обнаружить не смог, и бедные собаки остались некормлеными.

Полное отсутствие мозгов, однако, как мы видим, не помешало этому военачальнику стать генералом, командующим армии и вписать свое имя в историю как героя, погибшего за отечество.

Так что, юный друг, тебе абсолютно нечего опасаться. Я немедленно приступлю к приготовлению раствора, и, как знать, может быть ты в будущем станешь главнокомандующим армии Муругленда!

– Я не хочу быть командующим армии!
– закричал юноша.
– Я не хочу иметь куриные мозги и защищать страну от бармалеев, которые, кстати, в основном гоняются за драконом короля и к столице ни разу не подходили.

– Благодаря мудрой военной тактике монарха, как я понял, - вставил Маяс.

– Не знаю, благодаря чему, и меня это не интересует, но я не хочу получать колотушкой по голове и не хочу убирать из своей головы мозги. Я прошу тебя только об одном: сделай меня одноногим! Только инвалидность может избавить меня от королевского войска!

– Как тебя зовут?
– вдруг спросил Маяс.

– Меня?
– удивился парень неожиданности вопроса.

– Ну, как меня зовут я знаю, - усмехнулся алхимик.

– Альберт.

– Послушай, Альберт, а зачем тебе идти на такие крайние меры? Может быть, тебе лучше просто иметь какую-нибудь неизлечимую болезнь?

– Для войска нет неизлечимых болезней, ибо они говорят, что в ходе армейской службы все болезни проходят. Я даже знал одного слепого, которого все равно взяли в войско, уверяя, что его зрение не помеха для воинской службы, поскольку он будет стоять на карауле в ночное время и, в случае чего, будет стрелять из арбалета на звук шагов в темноте. Другому, который был горбун, сказали, что горб рассосется сам собой или его вправят, для чего новобранцу ежедневно помимо пятидесяти ударов колотушкой по голове давали еще тридцать ударов колотушкой по горбу.

– В таком случае, Альберт, твоя затея абсолютно бессмысленна, ибо тебе скажут, что за время военной службы у тебя отрастет вторая нога, а до тех пор тебя будут использовать в качестве передвигающегося ползком лазутчика.

– Что же мне делать?
– чуть ли не со слезами в голосе спросил Альберт.
– Я уже вторую неделю не ночую дома, потому что туда могут прийти стражники и забрать меня в казармы.

– Тебе негде жить?
– сочувственно спросил Маяс, при этом подумав, что ему неплохо было бы обзавестись молодым и сильным помощником для добычи исходных веществ для новых препаратов.