— Одной это удалось.

— Что?

— Ты не знаешь?

— Чего не знаю?

— Граф Рокон женился на моей мачехе.

У подруги от изумления открылся рот. Оказывается, Люси действительно не знала. Её удивление было столь непомерным, что она ещё несколько минут приходила в себя, а потом принялась тормошить меня, выспрашивая подробности.

— Как Катрин смогла? Ведь за ним столько красавиц охотились, а твоя мачеха уже слишком стара. Ему только двадцать девять, она старше его на десять лет, Роуз!

— Не знаю, — я отвернулась от окна, не желая больше обсуждать этот вопрос. Граф уже распрощался со своей спутницей и исчез за дверями клуба, а бедная благочестивая Франсуаза с отчаянием глядела ему вослед.

Я провела в гостях у Люси ещё два дня и успела познакомиться с её женихом. Он оказался довольно приятным молодым человеком, умел поддержать непринуждённую светскую беседу, но при этом не отрывал восторженных глаз от своей невесты и повсюду следовал за ней.

— Роуз, я так счастлива, что ты приехала, — подруга пришла в мою спальню вечером, накануне отъезда. Я уже переоделась в дорожное платье, а слуги снесли вниз мой саквояж.

— Как твоя практика? — шёпотом спросила Люси, — что-то стало получаться?

— Я мало практикуюсь, — покраснев, ответила я подруге, не желая вдаваться в подробности о том, что пока единственное достижение — это отсутствие рвотных рефлексов.

— Главное, не переставай этого делать, — захихикала Люси, — а то на следующей неделе вернётся наша учительница и всё проверит.

— Люси, я не думаю, что хочу и дальше посещать эти уроки.

— Роуз!

— Ну правда, Люси. Это слишком неправильно.

— Но я не могу ходить одна. Мне страшно при мысли, что отправлюсь в бордель без тебя. Даже колени трясутся.

— Люси, я не хочу.

— Ну, пожалуйста. Ты ведь моя лучшая подруга. Ну хотя бы ещё один раз через неделю. Самый последний раз.

— Последний?

— Да.

— И потом ты не будешь меня снова об этом просить?

— Не буду.

— Хорошо.

Я вернулась домой уже довольно поздно и с радостью узнала, что мачеха с мужем приглашены на какой-то светский приём и уже уехали. Подумала, что завтра утром смогу наконец-то прокатиться верхом. Вряд ли граф поднимется спозаранку, если сегодня всю ночь будет развлекаться.

Когда служанка внесла в комнату саквояж, я велела ей сперва набрать мне ванну, а пока девушка носила воду, вытащила и припрятала цилиндр. Чуть позже распорядилась подать прямо в комнату лёгкий ужин и, утолив свой голод, умылась и легла спать, дав наказ горничной поднять меня в шесть утра.

На следующий день я встала в превосходном настроении, полная сил. Не терпелось проскакать галопом по любимым местам, одной съездить на озеро, надеть свой привычный наряд и не укладывать волосы.

Я натянула бриджи и высокие сапоги, а Джейн помогла перехватить грудь тонким полотнищем с крючками на спине. Я всегда носила его под рубашкой, иначе неудобно было скакать, да и если выбираешь мужскую одежду, прикрыть грудь не помешает. Решив, что успею вернуться к завтраку и мачеха даже не узнает о том, как надевала нелюбимый ею костюм, я поспешила к конюшням.

Поездка верхом доставила мне истинное удовольствие. Я вновь ощутила себя счастливой и свободной совсем как раньше, до приезда отчима. С наслаждением искупалась одна в озере, не опасаясь, что кто-то будет подсматривать, вновь оделась, потратив немного больше времени на застёгивание крючков на спине, а потом отправилась в обратный путь.

Я ехала по лесной тропинке и была уже совсем недалеко от поместья, когда деревья расступились, открывая вид на дом, и я заметила на пригорке всадника. Сердце вновь задрожало, словно маленький пугливый зверёк при виде охотника.

Всё-таки Джаральд не изменяет своим привычкам.

Удивительным было то, что отчим ехал медленно, а потом и вовсе остановил коня и спрыгнул на землю. Мне следовало сориентироваться раньше и поскорее нырнуть обратно в лес, однако я не успела, граф меня заметил.

— Доброе утро, Розалинда, — официально поздоровался мужчина, но окинул меня при этом таким взглядом, что я сразу поняла, как неуместно смотрится мужской наряд на молодой девушке. В груди от этого медленного пристального осмотра разгорался пожар.

— Доброе утро. У вас что-то случилось? — я заставила свой голос звучать уверенно и даже почти совладала с дрожью в теле.

— Конь захромал. Думаю, камень забился. — Граф встал на одно колено и поднял жеребцу ногу, внимательно осматривая подкову.