Прыщ и Залман Супскис ещё немного повыступали, повышая свою значимость в деле будущего воссоединения с Чернобыльщиной, но удостоились жёсткого окрика хозяйки, после чего заткнулись.

– Мобилизацию-то я проведу, - хмуро выплюнула Дыра, - и в штурме Чернигова мои боевики будут первыми. Но я не понимаю одного: куда спешили вы двое?
– Дыра с презрением ткнула в шею Прыща и щеку Супскиса заострённым ногтем, после чего брезгливо вытерла от крови салфеткой указательный палец.
– И если уж спешили, почему вовремя не известили меня?

Прыщ что-то забормотал - Дыра в ответ полоснула его ногтем ещё и по глазам. И не закройся тот ладонью в последний миг - дальше бы ходил слепой.

– Молчать! Я знаю, зачем вам выслуживаться перед Великой Чернобыльщиной, - с презрением процедила Дыра, - да только моих заслуг никто не перебьёт!
– голос её зазвучал звонче.
– А теперь - только пьём и веселимся! Того, кто на моём пиру ещё хоть раз заговорит о деле - съедаю на месте! Заживо, в сыром виде!
– хозяйка облизнулась.

Языком изрядной длины и влажности Дыра обслюнявила свои губы, а заодно щёки и кончик носа, после чего хлопнула в ладоши. По этому сигналу пятеро давешних прислужников внесли новую смену напитков, а за ними три совершенно обнажённые прислужницы принесли напитки и себя.

Дыра потребовала, чтобы за успех предстоящей войны выпил каждый.

Братислав подумал, что кому-кому, а пану Кшиштофу лучше бы остановиться, но настырная Дыра присматривала, чтобы от её тоста никто не уклонился. Щепаньски снова опрокинул полную кружку, тогда как предусмотрительный Хомак свою лишь слегка пригубил - и то моментально почувствовал сильный перебор!..

...Проснулся Братислав Хомак у себя в постели, почему-то без штанов, но зато в бронежилете. Чем же вчера всё закончилось? А кто его знает - память выдавала чистые страницы.

И в какой момент потерялись штаны? Нет ответа. То есть, разумеется, Братислав - уже далеко не мальчик, чтобы не догадываться, в каких случаях люди просыпаются без штанов. И он помнил, как упорно его внимания желала и добивалась хозяйка вчерашнего пира.

А ещё Дыра оставила на нём свои запахи. Тьфу, мерзость какая! Она же отвратительна! Хуже, чем с животным, застонал Хомак, скрипя зубами от огорчения. Так низко пасть, в таком навозе вываляться...

А впрочем, ладно - утешил он себя спустя пару часов: всё-таки в пьяном виде - не считается!

1. Адам Константинович Рябинович, рядовой войск МЧС

Прежде чем отправиться в Березань, хорошо всё взвесили: кому идти, зачем, да и надолго ли? Выходило, что идти надо по-любому, ведь от столбняка хороший человек умереть может. А к тому же и от пацанёнка узнали уже много: капитан Сергеев у себя в Березани таких вестей не сыщет. Конечно, пора докладывать капитану. А что пацанчик ещё может много чего сказать - так пусть лучше профессору Милорадовичу говорит. Профессор умный, он главное запомнит, чего надо, перескажет.

Думали ещё, чтобы кому-то в Березань идти, а кому-то остаться - но несерьёзно это. Когда вас всего два солдата, лучше дальше не разделяться. Не то по одному делить будут уже совсем жёстко и на много частей.

Так вот и порешили: идти поскорей, прямо с утра, не задерживаться, и непременно вдвоём - с Коляном Хрусталёвым, то есть. Ну, и Славомира Костича третьим взять, как же иначе, когда ради него идём.

О том, что собрались уходить, решили особо не распространяться. Мало ли, вдруг капитан скажет: а чего пришли-то, возвращайтесь-ка в Елань, да разузнайте всё путём. А то без подробностей нет понимания, что делать. Коли скажет так капитан - и ладно: вернёмся в Елань, будто никуда не ходили. Официально ведь ни с кем не прощались. Щепанского вон тоже не расцеловали на прощание в обе щеки. Непорядок, хе-хе!

Неофициально кое с кем попрощались, конечно. С Милорадовичем, понятное дело. С мальцом по имени Тьфу (то есть Тхе - но тут один хрен: имечко у него какое-то плевательное). И Веселин Панайотов ещё в гости зашёл, так с ним тоже попрощались. А больше в этой экспедиции, почитай, и не с кем прощаться. Остальные - чисто шпионы.

С мальцом, кстати, вот что получилось. Он-то сбежать - сбежал, а куда сбежал, и сам не прикинул. Детей ихних - мутантских - теперь лет до трёх в особом питомнике с матерями держат, а дальше отлучают от матерей - и скорее в школу. Английский язык изучать. И нет такого, чтобы кто-то своих детей прятал - за это ведь можно самому пострадать. Потому родители Тхе - они бы первые его сдали. Такой уж мутантский образ мыслей.

Ну, и раз некуда Тхе деваться, то решили его Панайотов с Милорадовичем у себя прятать. Им-то он и по-человечески приглянулся, да и для науки шибко полезен, не без этого.

Но то уже дела еланские, а нам дорога в Березань. Знакомая уже дорога. Так вот и по жизни: ходишь себе туда-сюда, БТРом ездишь взад-вперёд - патрулируешь, значит. А коли всё по одному месту, то, знать, на роду такое написано.

Хотя что на роду написано, то и переписать можно. Вон село Рябиновичи тыщу лет себе на одном месте простояло, а подкралась мерзкая Чернобыльщина с тамошними почварами - пришлось всем перебираться куда-то под замок Полоцк. Добро бы только и там мутанты не достали. А то ж переезжать - оно тоже судьба, и из незавидных.