– Кстати, генерал Пиотровский после битвы при Чернигове пошёл на повышение, - Снегов рассмеялся, - нашими усилиями.

– А нас даже толком не поблагодарили, - прибавил капитан Сергеев, - как-то несправедливо.

– В наших силах поблагодарить самих себя и друг друга, - сказал полковник Снегов, - наливай, капитан. Сразу справедливость и восстановится.

Сергеев налил, потом опять и снова. Пили за победу под Черниговом, за светлую память погибших, за надёжную систему обороны русских замков.

– А на место Пиотровского - не знаете, кого пришлют?
– спросил капитан Багров.

– Кого бы ни прислали, хуже уже не будет, - подмигнул оптимист Вяземский.

– Ну, мы-то любого генерала переживём, - проговорил Сергеев, - а Заслон? Ему придётся восстанавливаться почти с нуля, понадобится много оружия. Если мы при новом генерале не станем делиться оружием...

– С Заслоном, - успокоил его Снегов, - мы поделимся при любом генерале. И не только поделимся - будем теперь сотрудничать. Дело-то у нас общее.

Выпили и за общее дело.

– Не самое весёлое из дел: заслонять людей от выродков, - с искренним сожалением вздохнул Багров.
– Но кому-то ведь заслонять надо. Людей от мутантов, мутантов - от подстрекателей.

– Хорошо, мутанты деморализованы, - ввернул Нефёдов, - их европейские и американские кураторы, как говорится, самоуничтожились, рядовые разведчики в перепуге разбежались, а четвероногого Хозяина расстреляли мы.

– Если не вмешиваться, - остудил его надежды Снегов, - то кураторы снова набегут, а Хозяина мутанты сами вырастят. Без него им не жить.

– Они мечтают о подчинении. Если есть где-то тупая и наглая толпа, хозяева для неё отыщутся сами, - подтвердил и Вяземский.

– Вот и новые задачи для Заслона, - сформулировал Сергеев, - гонять всяческих "Хирургов через заборы"! И присматриваться к тем, кто мутантов собирается учить. И ямы за частоколами инспектировать: не выращивают ли где Хозяина?

– Сложновато, - поморщился Нефёдов.

– У американских мьютхантеров было проще, - вздохнул капитан-историк, - аккуратный геноцид мутантов - правых и виноватых. И всё. Только потом взялись и за подозрительных людей: вдруг от них пойдут мутанты? А там и просто за людей взялись - на всякий случай. Но когда потом из этой зачищенной от мутантов Америки прибывает "учитель" Супскис, понимаешь: это не выход. Поскольку этот Супскис ничем не лучше самых отъявленных мутантов. Русский путь другой: первым долгом изжить мутанта в себе. Попутно создавая Заслоны от внешнего зла.

– Ты много сказал, капитан. Твоих слов хватило бы на четыре тоста, и стоило бы их растянуть, ибо водки у нас не экономят!
– сделал строгое замечание полковник Снегов, но глаза его смеялись.

Теперь придётся выпить за русский путь, за изживание мутанта в себе, за Заслоны от внешнего зла и попутно за всё сказанное. Хорошо иметь подробно разработанный план действий.

11. Антропологи (Прага)

Карел Мантл и Йозеф Грдличка встретились в пивной "У Карлова моста" вроде, и случайно, а вроде, и с целью почтить память безвременно ушедшего коллеги. Карел тянул из очередного бокала "Златопрамен", Йозеф - "Черна Крушовице", а под Карловым мостом текла Влтава.

Пока льётся пиво и течёт река, в древней прекрасной Праге теплится жизнь. Но подлинная ли? Жизнь угасающих страстей и потерянных смыслов, Жизнь без напряжения, даруемого жестокой борьбой за существование. Жизнь, не испытанная на прочность.

– Инициация - таки важное дело, - со значением сказал Грдличка, - и нетрудно было заметить, как сильно изменился наш друг Братислав, когда он её прошёл. А ведь он её прошёл - всё было по-честному!

– Да, - согласился Мантл, - наш друг Хомак инициацию прошёл. Почти, - последнее слово перечеркнуло весь смысл.

– Почти?
– Йозеф отставил пустой бокал.
– Но наш Братислав, проходя один поединок за другим, стал как настоящий средневековый рыцарь, я точно говорю! Какая смелость, какая отвага - мог ли он такое показать раньше? Нет, не мог. И я тебе скажу, Карел, европейское рыцарство, если и возродится когда, то только в этих мутантских инициациях.

– Да-да, Европа изнежена, а в культуре мутантов сохранилась власть и сила борьбы за существование. Я всё понимаю, - подтвердил Мантл.
– Но мутанты не европейцы. Они другие.

– Во всех их культурных памятниках написано, что они европейцы!
– возразил Грдличка.

– Да, только эти памятники мы им и написали, - с такой прямотой Мантл до сих пор не высказывался. Конечно, они оба кое-что знали, но...

– Ты что, Карел? Ты в чём-то сомневаешься?

– Напротив, - Мантл выглядел, как сама уверенность, - я считаю, что нужно идти дальше. Да, мы европейцы. Но мутанты нас обогнали - с этим придётся смириться. Их инициации - не затем, чтобы вернуть нам рыцарское достоинство. Их смыслы идут дальше. Так далеко, что рыцари-европейцы в замешательстве пасуют. Ведь катастрофа с нашим Братиславом Хомаком - не случайна. Не в том дело, что мутанты не захотели поделиться столицей.