– Послушай, - парень прищурился, пристально разглядывая голодного духа, и едва заметно улыбнулся. – Говорят, ни одно доброе дело не останется безнаказанным. Мне уже в этом мире опасаться или надеяться на что угодно глупо. Значит вполне могу себе позволить любой каприз. Печать с твоей могилы я сниму. Что будешь делать дальше – решай сама, но если хочешь хороший совет – уходи отсюда. Тебя обязательно потянет опять навестить деревенских, и всё повторится снова.

– Но как?
– девушка верила и не верила странному целителю. – Их ведь не бродячий заклинатель, а сам святой даос ставил!

– Не имеет значения, - фыркнут тот. – Я же не взламывать собираюсь, а сверху свою накину. Никогда про наши, жреческие, печати не слышала? Любая магия не воспринимает их, как враждебные. Наоборот, идет приоритет в защите, старые аннулируются и вся энергия направляется в новый контур. Довольно нестабильный, к слову. Который через пятнадцать секунд полностью саморазрушается. И весь мир у твоих ног!

Лори с визгом восторга повисла у гостя на шее, покрывая лицо парня поцелуями.

– Ну хватит, хватит, разошлась! – он тщетно пытался уклониться. – Главное, брата потом не слопай, а то придумаешь очередную нелепицу, обидишься ни за что и полетишь мстить. Нехорошо получится.

– Нет, нет! – сестра Мон Джуэла всплеснула руками, выпуская сида из крепких объятий. – Я и так перед ним виновата. Столько лет проклинала. Теперь моё единственное желание – вымолить у него прощение. Поможешь мне с ним встретиться?

– Я? – искренне удивился жрец.

– Больше просить некого, - девушка попыталась встать перед целителем на колени, но тот удержал ее.

– Глупостями не занимайся! Рассказывай, почему сама не сможешь.

– Я всю жизнь провела здесь, умерла, была похоронена. Вышла сильная привязка к местности. Накопив много энергии, ее получилось бы преодолеть, но ты же сказал – больше нельзя есть деревенских.

– И как тебе помочь?

– Говорят, в Порту Мечты на одном из пришвартованных кораблей открыт портал, ведущий на остров, кишащий мертвыми пиратами. Представляешь, какой у них уровень некротики? Можно вечность существовать, не охотясь на живых.

Лори засуетилась, достала откуда-то старое ношеное платье, дешевые бусы, простенькое медное колечко, еще какие-то мелочи. Увязала в небольшой узелок и протянула парню.

– Передай, пожалуйста, брату, пусть отнесет на тот остров. Мой дух будет там, где окажутся эти вещи. Мон Джуэл сможет в любое время приходить и общаться со мной – я слышала, около точки перехода живым ничего не грозит.

Жрец взял узелок и рассмеялся.

– Похоже, мне на роду написано помогать вашей семейке. Пребывание в хранилище банка тебе не повредит? Хочу посетить кое-кого, а разгуливать с голодным духом в компании не везде удобно.

На следующее утро, едва рассвело, Старейшина Тайной деревни послал узнать, что случилось с чужаком и, если будет нужно, или упокоить одержимое чудовище, в которое тот превратился, или закопать поглубже окровавленные останки. На удивление, заброшенная могила выглядела вполне мирно. Сид бесследно исчез, оставив после себя лишь разложенные на осыпающемся холмике переданные моряком подарки. Притрагиваться к ним никто не рискнул, а про странного чужака вскоре и вообще забыли.

Как бы ни была красива новая столица Идеального мира, но с Городом Истоков ей не сравниться. На огромной скале, словно воплощенная мечта, тянутся к небесам золото и пурпур величественных зданий. Два мира, будто круговерть вечного знака инь-янь переплетаются здесь, не смешиваясь, а дополняя друг друга. Их символы и единственное проявление, видимое обычными людьми - алое пламя адских врат и голубое сияние входа на райские земли просветленных бессмертных, навеки застыли напротив друг друга. Словно вопрошая каждого, оказавшегося рядом: «Какой путь выберешь ты?»

Жрец вошел в огненный портал и оказался в странном месте. Здесь господствовали серые тона всевозможных оттенков от легкой светлой туманной дымки до почти черного, цвета насыщенного графита, иногда расчеркивающиеся редкими вкраплениями кроваво-красного, переходящего в бордовый. Небо, здания, камни, почва, изломанные ветки давно окаменевших деревьев, тотемные столбы, почти истлевшие кости неведомых гигантов, даже кишащие повсюду монстры были исключительно в этой палитре. Ветер гонял не пыль, а проникающий всюду пепел. В воздухе пахло гарью и разложением.