Она хватает меня за шею и притягивает к своим губам.

Ее поцелуй мягкий. Медленный. Сладкий.

Мы все еще целуемся, когда я слышу, как она говорит:

– Займись со мной любовью в этот раз.

Мой член прямо там. Одно движение, и я внутри нее. Мне нужно остановиться, чтобы одеть защиту.

– Дай мне сначала одеть презерватив.

Чертов убийца настроения.

Я одеваю латекс и прижимаю себя между ее ног. Она раздвигает их еще шире для меня.

Я твердый, а она вся мокрая. Идеальное сочетание.

Она приподнимает бедра, подталкивая меня к действию.

Она трясет бёдрами сильнее, и я вхожу в нее.

Ох, блядь! Так глубоко, и она так хорошо ощущается.

Я постоянно торможу.

Хочу, чтобы это длилось вечно и не заканчивалось.

Мои руки находят ее, и я закидываю их ей за голову. Наши пальцы плотно сплетены. Она открывает глаза и смотрит вниз, где я двигаюсь в ней.

Такое чувство, будто наши души встретились и…что-то происходит. Я не знаю, как это назвать. Но мне нравится.

Секс до сегодняшнего дня был предназначен исключительно для выпуска сексуального напряжения.

Смотря раньше в глаза женщины, видел ли я такой уровень сосредоточенности? Желания?

Займись со мной любовью в этот раз.

Могу ли я? Разве не нужно быть влюбленными, чтобы заниматься любовью? Но она так хорошо чувствуется.

Внутрь и наружу, горячее встречается с горячим, мои яйца ударяются об нее, хоть я двигаюсь медленно. Это все, что я могу сделать, чтобы не кончить сразу.

Звуки, что она издает, мягкая отдышка, ее трепещущие веки, как будто ей трудно держать их открытыми. И от этого я чувствую себя прекрасно.

Так хорошо, что я не хочу, чтобы это заканчивалось.

Я издаю стон, когда сжимаю ее руки.

Ее ноги, обвивающие мою талию, скрещиваются на спине.

Вот и все. Мы настолько близко, что между нами практически нет свободного пространства.

Бля, хотел бы я кончить в нее без этого куска латекса на моем члене.

Я выхожу из нее и перекатываюсь на свою сторону, чтобы снять эту чертову штуку и бросить в корзину.

– Прости. Я знаю, это убивает все настроение.

– Что есть, то есть. Ничего не поделаешь.

Я быстро поворачиваюсь на спину и притягиваю Рен к своей груди. Я вожу своей рукой вверх/вниз по ее и обнаруживаю, что она холодная.

– Эй, детка. Залезай под одеяло.

Я целую ее в макушку и крепко обнимаю.

Это был не просто секс. Мы связаны.

Я не был готов к этому; это не то, к чему я привык.

Я понятия не имею, что сделать или сказать.

Я лишь знаю, что обнимать ее приятно.

Рот неподвижен, но не мои мысли. Гонка миллиона мыслей. Я пытаюсь осмыслить, что произойдет в понедельник утром, когда я оставлю ее.

Мы лежим в объятиях друг друга, ничего не говоря.

И так и засыпаем.

***

Это наш последний день вместе, по крайней мере в этот раз. Я так говорю, потому что надеюсь на будущее. Но что, если нет? Что, если это единственный раз, когда мы вместе?

Пожалуйста, не позволь этому закончиться.

Когда эта мысль проскальзывает в моей голове, я не уверен, кого прошу об этом. Бога? Меня? Ее?

Я хочу рассказать все Рен, о том, что я чувствую, и что не хочу оставлять ее.

Прижимаюсь к ее обнаженному телу и обворачиваю руки вокруг нее.

– Ты проснулась?

Она потягивается, выгибает спину и стонет.

Черт, это сексуально.

– Только что.

Мой член оживает, но я пытаюсь не думать об этом. Сейчас речь о другом.

– Прости. Уже пора вставать, и мне хотелось бы поговорить.

– О…кей, - говорит она неуверенно.

– Утром я уезжаю, и мне не хотелось бы обсуждать это, когда я выйду за эту дверь.

– Что именно?

Вот оно. Ухожу в это с головой.

– Нам нужно решить, что это и к чему ведет.

– Ох.

Ни хрена.

– Я хочу дать этому шанс.

– Полагаю, ты завел этот разговор, потому что думал об этом.

Похоже, только я об этом думал.

– А ты нет?

– Конечно.