— Человечка?

— О, вы знаете оркский? — она пожала плечами. — Да простят меня предки, но я не люблю людей. Живых, по крайней мере.

— Очень… по-врачебному, — фыркнул мой спутник. — Болтай поменьше, женщина.

Медсестра надменно вскинула голову и прошла к койкам, виляя задом. Орк что-то пробубнил про «бабские кланы» и, взяв у меня из рук талон, отдал его другой медсестре.

— Идемте за мной.

Мы свернули в коридор, прошли мимо операционной и перевязочных пунктов, и оказались перед зелеными дверями реанимации.

— Она пойдет туда одна? — спросила медсестра, доставая из расположенного справа от двери шкафчика халат и стерильную обувь.

Орк кивнул, а я, принимая от девушки вещи, невольно подумала, что уж слишком часто хожу в реанимации. Зарна ещё раз посмотрела на талон, а затем заинтересованно — на меня.

— Значит, вы, правда, очень сильный хил? — спросила она, открывая двери.

— Возможно. А в чем проблема?

— Да ни в чем. Просто с такими ранениями живут, ну, несколько часов, а тут — фактически сутки. Нам говорили, что у кевтов выживаемость выше, чем у любой другой расы, но чтобы так.

«Видела бы ты, как я заштопала вашего ат харга», — подумала я, следуя за медсестрой мимо закрытых боксов.

— Сюда, — она приоткрыла дверь. — Ваш талон. Десять минут.

Разговаривать особо было не о чем. Арельсар спал.

Я присела на стул у его кровати и принялась изучать поврежденную абстракцию кевта. Даже просто сидя рядом с ним, мне не хотелось уходить. Я ждала, что он проснется, скажет, что всё не так уж плохо, что Кэрроу жива, что орден разберется или что-то в этом духе, скоро мы вернемся на Прэн и больше никогда, никогда не покинем остров.

Но, увы, всё зашло слишком далеко. Орки начали войну с эльфами, Кэрроу пропала, нас везут неизвестно куда, а после посещения родных земель Арельсар снова на больничной койке.

Ещё неизвестно, что скажут в ордене.

А, впрочем, Тьма побери этот орден.

— Время вышло.

Я вздрогнула, приходя в себя.

— Да, я ухожу.

— Вас хотят видеть, пройдите в палаты.

Алтаннат стояла перед иллюминатором и курила. Костыль она прислонила к стене, предпочитая держать раненую ногу на весу.

— А здесь можно курить? — спросила я, стягивая с плеч халат.

— Мне — можно, — она улыбнулась, обнажая клыки. — Навещала того крутого парня из ордена? Сколько ему лет?

— Около ста.

Алтаннат присвистнула.

— Что слышно от брата?

— Ничего, — я нахмурилась. — Где он сейчас? Демоны ещё с ним?

— Не знаю, он докладывает только харгу.

— Вашему отцу.

— Это для Азара он отец, а для меня — харг, — она усмехнулась. — Я ведь долгое время работала на «Детей теней», лет десять. Сливала нашим спецслужбам информацию. Азар и Терзум меня люто ненавидели, думали, я предала клан, сбежала от отца. Ты испортила такую операцию, вся агентурная сеть под копыта бизона во имя безопасности человеческого существа.

Я молчала, хмуро наблюдая за орчанкой и пытаясь понять, что у неё на уме. Алтаннат отклонилась назад, стряхнула пепел в мусорное ведро.

— А теперь младший братец, будущий харг, у меня в долгу, — зевая, продолжила она. — Это очень приятно.

— Прости, что не поверила тебе, — не очень искренне начала я. — Но мне сложно верить…

— Орку? — Алтаннат внимательно посмотрела на меня. — К тебе здесь хорошо относятся?

— Вполне.

— Людей мы не любим. Они слабы и физически, и морально, ни к чему не привязываются так чтобы целиком, всем сердцем, — орчанка сплюнула в иллюминатор. — Не обижайся. Ты и сама нас не любишь. Если только Азара.

Я опустила взгляд.

— Здесь все, видимо, уже знают.

— Знают. Военные любят почесать языками. Они, кстати, придумали забавное объяснение, почему Азар управляет демонами. Говорят, это передается половым путем.

— Отлично, — разозлилась я. — Давайте это обсудим!

— Не нервничай. Мы такие. Мы не умеем молчать.

— Даже о тех, кто правит вами?

— В особенности о них. Ах да, не обижайся, если тебя будут называть наложницей. Некоторые харги и их приближенные держат целые табуны девушек других рас, в основном людей и эльфов. Дворфы и гоблины слишком страшны, а у негуров женщины много о себе мнят и не продаются.

— Азар упоминал об этом.

— Да? Готовил тебя?

В сердцах я швырнула халат на пол.

— Твой брат своей силой обязан мне. И жизнью пару раз, кстати, тоже!

— О долге крови не кричат на каждом углу.

— О том, кто с кем спит, тоже!

Алтаннат беззлобно рассмеялась.

— Прости, Антея. Это по-человечески некрасиво…

— А по-оркски прекрасно! Лучше бы я сдалась эльфам!

Я вылетела из госпиталя, на ходу скидывая стерильную обувь, шарахнула дверью, насмешив военных, и, выскочив наружу, столкнулась со своим охранником, бродившим по палубе.