Взрывпакеты на Острове были, в основном, самодельными, и в их задачу не входило убивать и травмировать, главное — оглушить и напугать. Взрывной волной лёгкого Джона сбило с ног, и теперь он валялся в поднятой пыли, судя по всему, в полной прострации. А в это время из близкого леска с воплями и улюлюканьями вылетела банда граберов, в количестве пяти экземпляров.

Очевидно, они заранее распределили цели для нападения и в силу своего неведения, заранее были обречены на неудачу. Дроны у них не выделялись из среднего уровня ничем особенным, ни крупными размерами, ни крутой прокачкой. Зато очевидно выделялись слабой прокачкой мозги их владельцев — нападать на факторианский караван, да ещё охраняемый рейнджерами, было очень глупо. Фактории никогда и никому не спускают подобную наглость, а рейнджеры действительно были настолько сильным кланом, с обширной зоной влияния, что не учитывать это совершенно непростительно. Возможно, благодаря перевесу в силе, граберам и удалось бы разгромить бригаду охраны и разграбить караван, но, позднее, их всё равно бы вычислили, и привлекли к суду рейнджеров, со всеми вытекающими последствиями. Вплоть до отлучения от Острова.

Как бы то ни было, а цели бандиты распределили следующим образом. На Алекса с Джоном напали два лёгких разведчика, так как они представлялись им самыми слабыми звеньями в цепи обороны. Их рассчитывали быстро выбить из игры и перейти к подавлению главной цели — "краба" Сени, на которого сразу отрядилось два средних грабера. Рыси же отводилась роль закуски, на неё налетел средний дрон с главной целью — связать боем и отвлечь от помощи главному бойцу. В этих, в принципе верных размышлениях, не учитывалось одно — боевой опыт неприметного "новичка".

Своего визави Алекс вырубил сразу — просто метко врезал ему прямым ударом передней ноги в лоб, отчего у того вмялась обшивка лица и съехали к переносице окуляры глаз. И он, мгновенно потерявши пространственную ориентацию, и движимый инерцией своего разбега тупо проехал мимо. Быстрым и точным движением клешни Алекс разорвал у него интерфейсный кабель, идущий от антенного блока, расположенного в голове, к центральному блоку управления, расположенному в торсе. Данный приём требовал большой ловкости и сноровки, и хорошего знания анатомии дронов. Алексу приходилось не раз применять его, когда они с Педро Кротом совершали вылазки на земли, принадлежащие "головоглазам".

Итак, первый грабер был напрочь выведен из строя уже в первые секунды сражения. Алекс быстро огляделся. Вика визжала на немыслимо высоких нотах, отбиваясь когтистыми, рысьими лапами, от нападавшего на неё бандита, бестолково размахивающего толстой палкой. Тяжелый и мощный Сеня, азартно хекая, звонко отбивал удары дубин своих оппонентов. А вот Джону — "мангусте" было плохо. Не успевшего оправиться от контузии, его сейчас беспощадно избивал древком лёгкого копья дрон — траппер марки "пионер". Подхватив с земли дубинку своего поверженного противника, Алекс в несколько прыжков достиг места отвратительного побоища и расправился с нападающим жестоким способом — одним ударом сбоку выбил ему оба глаза.

И оставив Джона разбираться далее со своим ослепшим обидчиком самому, устремился на помощь Рыси, ибо та орала уже столь нестерпимо, что это безобразие надо было немедленно прекращать. С её противником он тоже не стал церемониться — двумя резкими ударами выбил из его клешней узловатую палку, длинным взмахом подсёк передние ноги, а когда тот упал на брюхо, ударом сзади по кумполу напрочь вывел из строя связевой блок.

"Убитый" грабер всё ещё падал, когда Алекс устремился на помощь Семёну. Нападавшие на того два оболтуса, так и не смогли за весь бой, достичь хоть какого-то успеха. А видя явный неуспех своих неудачливых сотоварищей, покидали дубины и во всю прыть припустили наутёк. В след им летел грозный рык Казимира, который только так и мог принять участие в скоротечной баталии. Догонять их никто не стал.

Далее, согласно классике, — "… считать мы стали раны". Ран оказалось немного и все у Алекса. Ну, во — первых, он порвал себе одну мышцу из трёх на передней ноге. И теперь ходил прихрамывая. Во — вторых, критически перегрузил аккумулятор и сорвал ходовой движок. Теперь их надо было только менять — вся индикаторная панель сияла оранжево — красным цветом, и зеленеть не собиралась. Всё-таки не стоило, наверно, так перенапрягаться в этом хилом дроне.

Ну, а с бандитами, всё оказалось в полном порядке — двое лежали в полной отключке, без связи. А третий, словно натуральный зомби, медленно ходил шажками по замысловатому кругу, вытянув перед собой манипуляторы, и растопырив клешни. Как выяснилось, Алекс не только выбил ему глаза, но и повредил уши. И теперь этот несчастный, не имея обратной связи в виде звука и изображения и не догадываясь о результатах боя, очевидно, ждал — когда же друзья отведут его в ремонт.

Оценивая результаты сражения, наиболее кратко выразился Казимир. Он с уважением посмотрел на Алекса и сказал:

— Ну, ты — зверь!

На что сияющая Вика немедленно встряла:

— Он не зверь. Он рыба. Пиранья!

— Цыц, пигалица! Только и умеешь, что — верещать! — одёрнул её Казимир. — Тебе немного громкости добавить, и бандиты сдохли бы ещё на подходе от ультразвукового шока.

— Да — а-а, Хариус, а ведь ты, практически, спас караван, — сказал оправившийся Джон. — Мне уже почти конец приходил, и если бы не ты… В общем, Сеня против пятерых не выстоял бы. А Вика, своим рысьим рыком, и одного-то не смогла побороть, не то чтобы Сене помочь.

— Да, ладно вам! Накинулись все на одну. Я, если вы заметили, тоже, без дела не стояла — один на один с грабером билась.

— Да, ты молодец, мы заметили, — иронично сказал Джон, — мы все тебя прекрасно слышали.

— Да, ну вас…

— А я, если честно, — смущенно сказал Семён, — сразу и не понял, чего это мои спарринг партнёры в бега бросились. Я, между прочим, до сих пор не верю, что Хариус троих завалил.

— Это ты брось, я всё прекрасно видел, как он их тут укладывал. Я всё записал и уже отправил в ваш штаб, — Казимир смотрел на Алекса с огромным удовольствием. — Парень, действительно, мастерский боец, даром что новичок. И это надо будет отметить.