— Карл. — Появилась в дверях Молли. — Ты с кем здесь разговариваешь?

— Да так. Сам с собой. — Карл старался, чтобы его голос звучал по возможности спокойно. — Молли, мне пора. Я потом все объясню, но есть одна проблема. Я бегу в банк! — Он говорил быстро, глотая слова, и вид при этом имел настолько дикий, что Молли стало страшно.

Она поняла, что в ее отсутствие здесь, внизу, что-то случилось. Что-то такое, что вывело Карла из себя. Нечто страшное. И неприятное.

— Карл, ты меня пугаешь. — Только и смогла сказать она.

— Я не хотел. Прости.

Глаза его стали жесткими и холодными. Она еще никогда не видела у Карла таких глаз.

— Нет времени говорить. — Быстро выпалил он. — Я вернусь к одиннадцати. — Подожди, Карл, но…

— У меня нет времени! — Заорал Карл. Какие могут быть «но», когда речь идет о деньгах! О его жизни! Как эта дура посмела рот открыть? Но он тут же взял себя в руки. — Прости, это очень важно. Я вернусь в одиннадцать часов. В ОДИННАДЦАТЬ ЧАСОВ! — Повторил он, словно не ей, а кому-то, стоящему рядом. — Прости, я побежал. Это ОЧЕНЬ важно!

Он опрометью бросился прочь из комнаты. И Молли только и успела, что прошептать: — О, Господи… Сэм сидел рядом с Карлом в «мустанге», с ревом рассекающем ночную темноту. В том, что Карл выполнит угрозу, сомневаться не приходилось. Сэм уже понял, куда они едут. В сторону «Плейс-проспект». Скорее всего Карл сначала зайдет за Вилли, и это даст Сэму выигрыш во времени, чтобы увести Оттоми и ее подруг. Хотя, этого времени будет очень мало. Очень. Но он постарается успеть. Ему НУЖНО успеть.

«Привет! Я — Арсения Холл! — Улыбнулся с экрана худой хлыщеватый негр. — Не пытайтесь перестроить ваши телевизоры, я черный с рождения!» В студии раздались раскаты громового хохота.

Шейла бросила в рот горсть «попкорна» и с ожесточением заработала челюстями.

— Сколько можно это смотреть? — Промычала она забитым кукурузой ртом.

— Обожаю эту программу! — Откликнулась Оттоми. Эта перепалка вовсе не значила, что шоу нравится только Оттоми. Просто подобные разговоры были такой же неотъемлемой частью их отдыха, как и сам предмет обсуждения. Споры доставляли им не меньше удовольствия, чем просмотр шоу.

— А по другой программе сейчас кино! — Вступила в разговор Ула. Предложи Оттоми минутой раньше переключить канал и смотреть кино, Ула тут же кинулась бы защищать комикс, утверждая, что лучше этого шоу и быть ничего не может.

— Вот там мужики, так мужики. Белые. А это что? — Кивнула она на экран. — Это что?

— Да ты же любишь комиксы! — Возмутилась Оттоми. — Ты балдеешь от этих комиксов. Мужики! С твоей физиономией только белых мужиков и цеплять!

«Оттоми!» — Возник за спиной запыхавшийся голос.

— Сэм? — Спросила Оттоми и сморщилась. — О, господи…

Нет, только не это…

«Оттоми! Мы в беде! Эти люди хотят получить назад свой чек, они ищут тебя! Мы должны уходить немедленно!»

— Что значит они хотят чек? — Возмущенно заорала Оттоми.

— Ты же сказал, что никто ничего не узнает!

— Оттоми! Что происходит? — Удивилась Шейла. Рев двигателя «мустанга» смолк под самыми окнами. Сэм посмотрел через стекло на улицу и увидел две фигуры, рвущиеся в дверь подъезда. У одного из них в руке была зажата небольшая, отливающая сизым смерть 25-го калибра.

«Они уже близко, Оттоми! Бегите! Бегите!!» Что-то было в его голосе, от чего Оттоми сорвалась с места и пулей вылетела в коридор, вопя на весь дом.

— Помогите! На помощь!! Помогите нам!!! В замках проворачивались ключи. Коридор равнодушно наблюдал, как мечутся три негритянки, тщетно взывая о помощи.

Дверь подъезда оказалась заперта, и Карл ударил в нее плечом. Раз, другой. Дверь заскрипела, но не поддалась. И тогда Вилли вскинул руку и одним выстрелом раскурочил замок. Они ворвались внутрь и загрохотали вверх по ступеням лестницы.

Эхо выстрела заметалось между стен, отражаясь в окнах отчетливым звоном. Никто не снял трубку, никто не вызвал полицию. В Бруклине привыкли к выстрелам по ночам.

— Откройте! За нами гонятся убийцы! Помогите! Скрипнула дверь, и в образовавшуюся щель выглянула испуганная седая женщина-негритянка.

— Вы что, с ума сошли? — Тихо выдавила она. Оттоми ворвалась в комнату, сметая с дороги все, словно танк. Сказать, что она боялась, значило бы ничего не сказать.

Ула и Шейла влетели следом за ней и захлопнули дверь как раз в тот момент, когда на площадку ворвались Карл и Вилли. Два выстрела острыми хлопками разнеслись по коридору. Вилли не любил выбивать двери. Он любил ОТКРЫВАТЬ их.

— Они гонятся за нами. — Прошептала Оттоми пожилой негритянке. У той от страха отвисла челюсть и лицо стало пепельного цвета.