Лод Гвэйдеон с силой метнул лэнс, приподнимаясь в стременах, и тут же вылетел из седла, отпрыгивая в сторону. Все это заняло какую-то долю секунды – тяжелораненый конь еще не успел упасть на землю, а его хозяин уже вскочил на ноги, со свистом вынося из-за спины Белый Меч.

Копье пронзило колдуну только плечо – он даже не упал, каким-то чудом удержав равновесие. Однако в следующий миг подлетевший паладин страшным ударом рассек ему голову, смахнув наискось полчерепа.

– Пречистая Дева, твоим именем!.. – возгласил лод Гвэйдеон, резко выдергивая из раны коня уродливую пику и накладывая руки в целительном жесте.

Фуа-а-а-а-а-а-а-а-а!!! Серых пикинеров растолкало в стороны, как будто сквозь них пронесся невидимый поезд. Колонна Железного Воздуха, исторгнутая Креолом, разметала вражеских солдат по полю, освобождая магу проход к наконец найденной цели – сильному колдуну.

– А, всего лишь красный… – несколько разочарованно покривился Креол, глядя на колдуна-генерала. – Я-то думал – серый…

– Серых плащей здесь нет, если ты это имеешь в виду, – донеслось из-под капюшона. Горран Ледяной Меч взмахом руки отогнал прочь солдат – в поединке заклинаний они ему только помешают. – Но из красных плащей я – сильнейший.

– Да мне наплевать, – зевнул Креол, выдергивая из подпространственного кармана черный посох.

В битве под Владекой он почти не использовал свой драгоценный артефакт – его почти полностью заполнила Длань Нергала. Обсидиановому посоху предстояло играть роль мага-«болвана», а это требовало значительной подготовки.

Но теперь, когда ритуал успешно проведен, многофункциональный артефакт вновь свободен… хотя нет, не свободен, совсем не свободен! До краев заполнен разнообразнейшими заклинаниями на любой случай!

Пусть-ка этот колдун попробует ему что-нибудь противопоставить!

– Я хочу задать тебе вопрос, – внимательно посмотрел на Креола Горран. – Повелитель Ригеллион… его убил ты?

– Не знаю. Ригеллион – это кто?

– Четвертый Маршал Серой Земли, двенадцатый в Совете Двенадцати, Ригеллион Одноглазый! – зло перечислил Горран.

– А, ваш одноглазый маршал… – протянул Креол. – Я, да. А что, нельзя было?

– Ты убил повелителя Ригеллиона и даже не запомнил его имени?.. – тихо процедил Горран.

– Я не запоминаю имена тех, кого убиваю, – холодно ответил Креол. – Я их даже не считаю.

– Хорошо. Мое имя – Горран Ледяной Меч.

– Я же сказал – я не запоминаю…

– Это для другого. Когда владыка Нергал спросит, кто отправил тебя в его царство, скажешь – Горран Ледяной Меч. Понял?

Креол удивленно моргнул. Он никак не ожидал услышать здесь имя шумерского бога мертвых.

Хотя ничего странного, если подумать. Ведь сейчас Нергал Месламтеа повелевает Мертвым Царством Лэнга, а демоны Лэнга – боги Серой Земли.

– Ты слышал, что я сказал?! – сжал челюсти Горран.

– Посмотри на меня очень внимательно, – усмехнулся вместо ответа Креол, поднимая посох. – Больше ты ничего в жизни не увидишь.

Логмир задумчиво взвесил в ладонях катаны. Он и раньше встречался с противниками, тоже использующими два клинка. Но обычно в таких случаях один из них короче другого. Например, ларийские бретеры кроме шпаги часто применяют еще и дагу – длинный кинжал для блокирования ударов. А в султанатах Закатона нередко можно увидеть мечника, дерущегося катаной и вакидзаси.

Но вот чтобы мечи были равной длины, как у него, несравненного Логмира Двурукого… Такое ему пока что не попадалось. Дело в том, что фехтовать сразу двумя длинными клинками довольно-таки сложно. Чтобы успешно применять подобный боевой стиль, нужны идеально отточенные движения и полная слаженность рук. Добиться этого очень нелегко.

Конечно же, Логмир не имеет права упустить такую возможность!

– Как, говоришь, тебя зовут? – уже с любопытством спросил он.

– Тигран Клинки, – поклонился колдун. – Догадываешься, почему меня так прозвали?..

– Симпатичные они у тебя. Клинки. Имена моих – Рарог и Флейм. А твоих как зовут?

– Давать имена мечам?.. – хмыкнул Тигран. – Малыш, я давно вышел из детского возраста.

– А мне вот нравится. Ну что, приступим?..

– Конечно, – улыбнулся Тигран, неторопливо снимая плащ, а затем и тунику.

Логмир внимательно сощурился. Он впервые увидел серого в одних панталонах. Оказывается, у них кожа везде пепельно-серая, а не только на лице… надо же. Чего только на свете не бывает.