– Логмир Двурукий, величайший герой Закатона и даже всего мира. А ты кто такой после этого?

– Всего лишь Тигран Клинки, красный плащ, – усмехнулся Тигран.

– Красный, да?.. – задумался Логмир. – А красный – это ведь у вас меньше, чем серый?

– Меньше. На одну ступеньку.

– Значит, ты не самый главный?

– Ну, не самый… – несколько стушевался Тигран.

– Тогда неинтересно.

– А что, тебе только самый главный подойдет, герой обнаглевший?! – возмутился Тигран. – Я уже не гожусь?!

– Даже не знаю… – еще сильнее задумался Логмир. – Мне б самого главного, конечно, лучше… Хой, погоди-ка! А ты что, тоже дерешься двумя мечами?!

– Интересное совпадение, – согласился Тигран, медленно вытягивая из-за спины катаны. Почти такие же, как у Логмира, только другого цвета.

Паладины лода Нэйгавеца, рассыпавшись по полю, сдерживают резерв серых. Весьма и весьма многочисленный, он еще может натворить скверных дел, оказавшись допущенным в общую баталию. Серебряные Рыцари не стремятся пока нанести здесь серьезного урона – дожидаются подкрепления основных сил.

Плешивый старик в доспехах спокойно и методично разрезает врагу доступы, бросая отряды паладинов именно туда, где серая пехота рвется на соединение со своими. Бронированные конники вылавливают по одному колдунов, снимают арбалетами вемпиров, время от времени посылая друг другу мысленные сигналы – как положение, не нужна ли где помощь?

Индрак Молот шарахнул в очередной раз кувалдой и оглядел из-под ладони картину боя. Вокруг него почти нет убитых – зато ушибы и переломы заработали целые полчища.

Могучий дэвкаци вздохнул и опустил молот – сюда уже скачет уланский эскадрон, дальнейшие землетрясения будут задевать и своих. Ладно, этим солдатским буреломом займутся люди, а он, Индрак, пойдет лучше дальше, поищет еще кого-нибудь, кого можно…

Пумммммм!!! Не додумав мысли, Индрак пошатнулся, едва удержав равновесие. Показалось, будто в челюсть ударили невидимым кулаком. Да с какой силой!..

Даже отец бил Индрака немного слабее!

– Йя-а-а-а-а-а-а!!! – заорали над самым ухом, и дэвкаци вновь качнулся – теперь треснули прямо в висок.

– Индрак бьет!!! – пророкотал в ответ гигант, отбрасывая кувалду и молотя по воздуху узловатыми кулачищами. – Индрак не боится шаманства!!!

Невидимый противник явно не ожидал такой неистовой самообороны – один из ударов Индрака что-то задел почти сразу же. Костяшки пальцев окрасились кровью, а на земле прямо из ниоткуда объявился человек.

Какой-то чахлый хлюпик в оранжевом плаще.

Паладины разметали плотную шеренгу ревенантов, и взору лода Гвэйдеона открылся противно улыбающийся колдун в красном плаще. Невеликого роста, с поблескивающей на солнце лысиной – ни дать ни взять обычный безобидный дедулька.

– Хе-е!.. – осклабился колдун, потирая сухонькие ладошки. – Так вот они вы какие, серебряные латники! Вижу, вижу, не приврал Скайлер!..

Лод Гвэйдеон ничего не ответил. Нет смысла тратить время на разговор с колдуном. Он просто наклонил лэнс и пустил Гордого галопом, собираясь насадить серого на копье, как муху на булавку.

– Во имя Добра, я нападаю!!!

– Восстань, Косой!.. – приказал колдун, отшатываясь назад.

Почву прорвало, словно на поверхность пробилась крупная кротовина. Прямо из-под земли вылетел белоснежный скелет с необычайно длинными руками и свернутым набок черепом. Похоже, этот костяк не обладал привлекательной внешностью и при жизни.

Но прыжок, который он совершил, сделал бы честь даже блохе! Уродец разинул пасть, налетая на лода Гвэйдеона сверху. Удлиненные зубы вцепились в плечо, безуспешно пытаясь прогрызть кереф, когтистые пальцы-костяшки зацарапали по шлему.

Паладину невольно вспомнились гиббоны-вампиры, водящиеся в джунглях Каабара.

Резкий взмах! Правая ладонь лода Гвэйдеона по-прежнему крепко сжимает лэнс. Левая же выхватывает длинный гольбейн, с силой ударяя прямо в череп назойливому скелету. Наземь сыплются костяные осколки. Колдовская тварь скрежещет и заваливается набок, хватка ослабевает. Рука в латной перчатке отшвыривает обезглавленный скелет прочь.

Даже не снизив скорости, лод Гвэйдеон пронесся мимо колдуна и описал широкую дугу, готовясь к новому заходу. Колдун же использовал эти секунды, чтобы скороговоркой пробормотать заклинание. Увидев повторную смерть призванной нежити и несущегося во весь опор паладина, он торопливо вскинул ладони и зашипел:

– Костяные Колья!..

Гордый жалобно закричал, грохаясь оземь. Из-под земли вынеслись десятки тонких насеченных пик, похожие на человеческие позвоночники. Одна вошла несчастному коню под ложечку, высунувшись в районе лопатки. Многоголосое ржание, донесшееся сзади, возвестило, что Гордый – не единственная жертва.