Вот тут-то и появился Агба Эде. В руках он держал ружье, а вид имел еще более ужасающий, чем обычно, и глаза его странно блестели.

Камелефата обратился к нему тем тоном, каким вождь должен говорить со своими подданными:

— Что ты делаешь здесь, Агба? Твое присутствие необходимо в деревне. Ступай же на помощь своим братьям!

Агба Эде разразился страшным хохотом, эхо которого разнеслось по лесу и смешалось с криками тех, кто умирал в тот миг у стен селения, и сказал:

— Нет у меня никаких братьев в твоем селении! Да и зачем мне самому мешать исполнению своего самого заветного желания!

Итак, подозрения Камелефаты подтвердились, но было поздно. Конечно, это голос Агбы слышал он тогда, ранним утром, на постоялом дворе в городе работорговцев, конечно же, именно Агба Эде и оказался главным предателем.

— Ах ты проклятый!

Агба ухмыльнулся:

— Слишком долго ждал я этого дня! Ведь еще с тех пор, как погиб твой отец, мечтал я править племенем ашуку.

— Так, значит, не смерть двух братьев была причиной твоей злобной ненависти ко мне? — с расстановкой спросил Камелефата.

— Братья мои, — спокойно ответствовал Агба, — имели свою судьбу. А у меня судьба своя. Я не спорю, Камелефата, ты умен, но победа все же на моей стороне. И настоящим освободителем стану именно я. Это при мне народ ашуку узнает, что такое слава.

Камелефата с трудом сдерживал охватившую его ярость. Перед ним стоял человек, который заставил жестоко страдать его самого, человек, на совести которого была кровь тех, кто сейчас все еще продолжал бесстрашно сражаться у стен селения.

Агба Эде вдруг сказал:

— С твоим отцом было легче.

Камелефата почувствовал, как кровь застыла у него в жилах.

— С моим отцом?

— Ну да, ведь это я убил его — при помощи кайя.

В руках Камелефаты сверкнула сабля, и он бросился на предателя, но тому удалось отразить удар, который оказался бы смертельным, если бы достиг своей цели. И тут Камелефата понял, что силы окончательно покидают его. Он опустился на землю и, не дрогнув, ждал смерти.

— Ну, теперь тебе конец! — прорычал Агба.

— Смерти я не боюсь, предатель, — ответил Камелефата.

Агба уже кровожадно прицелился в беззащитного юношу и собирался нажать на спусковой крючок, как вдруг страшный удар по затылку бросил его на землю, где он растянулся во весь рост.

В неясном вечернем свете возник силуэт Ситье. Она заботливо склонилась над Камелефатой.

— Ты спасен, — прошептала она.

— Благодаря тебе, — ответил юноша.

— Мне было тревожно, — объяснила Ситье, — меня мучило предчувствие, что ты в опасности, и вот я выбралась из нашего укрытия в лесу и убежала…

Рассказывая, она помогла Камелефате встать на ноги, а потом, бережно поддерживая, повела его по направлению к деревне, где шум битвы постепенно стихал.

Сражение, похоже, завершилось, все вокруг казалось спокойным. Вдруг Камелефата и Ситье увидели большую группу людей, движущихся им навстречу. Камелефата не мог ни защищаться, ни бежать. Он сказал:

— Беги, Ситье, спасайся! Это, наверно, враги.

Девушка внимательно на него посмотрела и ответила:

— Я никуда не уйду. Я останусь с тобой.

Теперь пришел черед Камелефаты внимательно посмотреть на свою подругу. Взгляд ее печальных глаз был устремлен куда-то вдаль. Юноша прочитал в нем непоколебимую решимость и вечную любовь.

— Ты знаешь, Ситье, я уверен, что это враги, а я не могу тебя защитить. Я не совсем понимаю, почему ты…

— Нет! — отрезала Ситье. — Я остаюсь. Я хочу разделить с тобой любые беды. Я никогда тебя не покину, потому что ты для меня все и без тебя я не могу жить, ведь я люблю тебя.

Камелефата боролся с бурей чувств, вызванной в его душе этими словами. Он старался не обнаруживать своей тревоги и все же убедить любимую девушку не подвергать себя смертельной опасности: ведь Ситье могли убить или продать в рабство. Он тихонько прошептал ей на ухо:

— Я тоже люблю тебя, Ситье. И ты самое дорогое, что есть у меня в жизни. Дороже, может быть, только то, ради чего я веду эту борьбу, — свобода моих земляков. Но сейчас я слишком слаб, и если ты останешься со мной, это будет бесполезной жертвой. Я не желаю видеть тебя в руках мерзавцев! Прошу тебя, беги и передай Суме, что, если я не вернусь, пусть он продолжает наше дело. Иди, Ситье, и да хранят тебя духи наших предков!