— В самом деле? И что, очень страшный?

— Стивен Кинг — отдыхает.

— Круто. И как называется сие произведение?

— Судовой журнал.

— Судовой журнал этого корабля?! — вскочил с места Бекас. — Ты его всё-таки нашёл?!

— Как видишь.

— Дай посмотреть! — он протянул руку.

— Не дам. Всё равно он без картинок.

— Ты — прирождённый сыщик, Генка, — похвалил капитана Сергей. — Как говорится, «ищущий да обрящет». А где нашёл-то его?

— Как и предполагал — в каюте капитана. Он лежал в его столе. Найти было несложно.

— Ты его уже читал?

— А чем я по-вашему занимался, пока вы тут скакали?

— И что там? Что там? Расскажи!

— Расскажу. Самое главное — спокойно, — Гена задумчиво погладил затёртую обложку журнала. — Итак. Кто-нибудь узнал, как называется это судно?

Ребята растерянно покачали головами.

— Понятно. Никто. Поэтому я вам и удивляюсь. Вы не знаете даже название этого корабля, не говоря уже про его судьбу в целом. Вы не в курсе, что это за корабль, и ведёте себя на нём так беззаботно… Странные вы люди.

— Ну а что такого? — неуверенно спросил Вовка. — Это какой-то опасный корабль, что ли?

— В том-то и дело. А кто его знает? По крайней мере всё, что я узнал о нём, наводит лишь на мрачные подозрения.

— И ты узнал его название?

— Узнал. Удивляюсь, что вы его до сих пор не узнали, — Осипов поднялся с кресла, и отойдя к противоположной стене, которая была абсолютно неосвещенной, что-то включил.

Сразу после этого, стена озарилась ярким светом множества лампочек и неоновых трубок, которые обрамляли большой плакат, изображающий теплоход, целеустремлённо рассекающий волны, и громкую надпись рядом: «Лучший отдых на борту «Эвридики»!»

— «Эвридика», — шёпотом произнесла Настя.

— Знакомое название, — нахмурился Вовка.

— Угу, — Геннадий вернулся обратно к своему креслу, и уселся в него, закинув ногу на ногу. — Знакомое, ты прав.

Он открыл первую страницу.

— Мне удалось раздобыть документацию по этой красавице, и подробную хронологию её жизни, вплоть до того момента, когда все её внезапно покинули. Занимательная история.

— Ну а что страшного ты нашёл в этом журнале? — настороженно спросил Сергей.

— Может не будешь пугать нас на ночь глядя? — трусливо усмехнулась Лида.

— Да не сказать, что страшное. Скорее странное. И это странное, очень сильно окутывает корабль какой-то мистической таинственностью. Говоря проще, я ни хрена не понял, откуда вообще этот корабль здесь взялся. Теоретически, его здесь в принципе не должно быть.

— Это почему?

— Я не знаю. Я окончательно запутался. Документы, настоящие события, и реальные факты — в корне противоречат друг другу, и совершенно не стыкуются ни с каких сторон.

— Ну-ка, давай поподробнее, — попросила Ольга. — Расскажи об этом корабле, с самого начала.

— Началось всё в начале восьмидесятых годов прошлого века, когда СССР заказал у Греции два однотипных пассажирских трёхпалубных теплохода, водоизмещением 4502 регистровых тонны. Так, в 1985 году, точно в указанный срок, со стапелей сошли готовые суда: «Пирей» и «Эвридика». Они предназначались для транспортных туристических целей и отвечали всем нормам комфорта. Более того, греческим судостроителям удалось сделать теплоходы среднего класса ничуть не уступающими более солидным кораблям. Практически, они изготовили миниатюрные круизные лайнеры, уровень комфортабельности которых был довольно высок.

После постройки, оба теплохода были переправлены в Одессу, где их начали переделывать на советский лад. Многое было изменено в их интерьерах. А «Эвридику» сразу же переименовали в «Пятилетку», и, что забавно, впоследствии, по иронии судьбы это название ей пришлось носить ровно пять лет. В Советском Союзе пути двух теплоходов-близняшек разошлись навсегда. «Пирей» был поставлен на маршрут «Сочи-Стамбул», а «Пятилетка» — на маршрут «Одесса-Батуми». О «Пирее» больше, вроде бы, нечего сказать. Я знаю, что этот теплоход до сих пор благополучно служит на Чёрном море. Теперь он ходит под украинским флагом. Я также слышал, что он и сейчас совершает заграничные рейсы. А вот «Пятилетка»… До начала девяностых годов она, сменив двух капитанов, успешно эксплуатировалась. Затем в стране началась неразбериха. Государство перестало финансировать многие свои отрасли. Досталось и черноморскому флоту. В результате, «Пятилетка» простояла невостребованной три года. Но затем фортуна ей снова улыбнулась, когда на неё положил глаз один крупный бизнесмен по фамилии Земин, может слышали о таком?

Геранин кивнул.

— Так вот. Этот предприниматель как раз занимался туристическим бизнесом, который в те времена уже начал было загнивать, благодаря кризису. «Пятилетка» была выкуплена им, переименована обратно в «Эвридику», и наконец-то капитально отремонтирована. После обработки, теплоход кардинально преобразился. В него было вложено много денег, судя по всему. Судно стало высококлассным. Элитным. Естественно, отдых на нём стоил недёшево, хотя на первых порах «Эвридика» совершала кратковременные рейсы, выполняя роль обычного прогулочного теплохода. Был нанят обслуживающий персонал, и новая команда, во главе которой стоял опытный капитан — Скворцов Игорь Леонидович — толковый мужик! Первое время «Эвридика» катала исключительно толстосумов и правительственную верхушку. Но со временем контингент её пассажиров стал распространяться и на представителей среднего класса. Став частной собственностью, теплоход успешно выполнял свои функции почти десять лет. За это время его маршрут заметно расширился, и в итоге он стал путешествовать до Крыма, курсируя между российским Адлером, и украинской Ялтой. А время от времени даже совершал специфические прогулки в дальнее зарубежье. Ничего странного и необъяснимого за всё это время с «Эвридикой» не происходило. Обычное судно. Пассажиры были довольны сервисом. Работа команды не вызывала нареканий у начальства. Но вот однажды теплоход вдруг взял и пропал.