— Интересно. И как же ты сможешь меня защитить? Ты же всего лишь маленькая ящерка.

— Хоть ты всего лишь маленькая ящерка, но я смогу тебя защитить.

Оля так и не поняла смысла этих слов. Она вопросительно посмотрела на Лишу, но та оставалась серьёзной. Посидев немного на её ладошке, ящерка спрыгнула на кровать и, обернувшись, произнесла:

— Мы так и будем сидеть весь день? Скучно. Давай чем-нибудь займёмся? Придумаем что-нибудь.

— Я даже не знаю, что предложить, — с улыбкой пожала плечами Ольга. — Ещё не успела в себя прийти.

— Приходи в себя быстрее! — нетерпеливо подпрыгнула Лиша. — Нас ждут великие дела!

Бойтесь своих любимых… В своих руках они держат ваши трепещущие сердца, которые могут в любую минуту выпасть и разбиться вдребезги.

Перепуганный состоянием Ольги, Сергей сразу же побежал в каюту Осипова. Там он застал капитана, который спал, опустив голову на стол. Под его ногами валялся упавший журнал.

— Ген, — осторожно обратился к нему пришедший. — Похоже, что ваши опасения подтверждаются. Ольга действительно ведёт себя странно. Боюсь, что она на самом деле… Ген!

Но его слова не смогли разбудить крепко спящего Гену. Не долго думая, Серёжка принялся его тормошить. Задача оказалась непростой. Капитан упорно отказывался просыпаться. Он что-то мычал, бубнил и, в конце концов, вообще упал на кровать, демонстративно игнорируя все усилия Сергея. Проще сказать, капитан лыка не вязал. Он был мертвецки пьян. От него разило сивухой за версту.

— Эх, Генка-Генка, — покачал головой Сергей. — Ну зачем же ты столько выпил?! У нас неотложных дел запланировано выше головы, а ты…

Осипов не слышал его упрёков. Он уже похрапывал. Но упрямый Сергей сдаваться не собирался. Поднатужившись, он стащил пьяного Генку с кровати, и поволок его в душевую кабину. Осипов попытался невнятно протестовать, беспомощно размахивая руками, но сильный Серёжка не обращал внимания на его сопротивление.

— Сейчас я тебя живо в чувства приведу! — приговаривал он.

— Н-ненадо, — упирался Гена. — Н-нуч-чё-ты?

Сергей втащил его в душевую кабину и, усадив на пол, включил душ. Мутные струи холодной воды потекли сверху, падая на взъерошенную голову капитана. Тот заворчал, стряхивая воду с волос. В этот момент, в каюте появились Бекас и Лида. Они с удивлением заглянули в кабину, разглядывая своих промокших друзей, принимающих холодный душ прямо в одежде.

— Вы чего? — сонно спросил Бекас.

— Да вот, пытаюсь протрезвить «павшего» товарища, — обернулся всклокоченный Сергей.

— А-а, — понимающе кивнул Ваня.

В этот момент Осипова стало тошнить, и Серёжка, тут же подхватив его подмышки, подтащил капитана к унитазу, благо тот находился совсем рядом.

— Ещё бы, столько выпить натощак, и без закуски, — сочувствующим тоном произнесла Лидия.

— Как я его понимаю, — Бекас облокотился на дверной косяк.

— Принесите кто-нибудь соды, — попросил мокрый Сергей. — Нужно ему желудок прочистить. Если этого не сделать, то мы с ним до вечера провозимся. А мне совсем не хочется проводить здесь ещё одну ночь!

— Сейчас, — Лида тут же отправилась на камбуз за пищевой содой.

— Угораздило же его.

Вода из душа текла всё слабее и слабее, видимо заканчиваясь. Она была с каким-то запахом и маслянистой на ощупь. Тем не менее, её прохлада понемногу начинала действовать на состояние капитана. Его взгляд просветлел, язык перестал заплетаться. Вскоре вернулась Лида с пачкой соды и бутылкой питьевой воды. Подрагивающими руками всыпав соду в бутыль, Сергей побултыхал её, после чего сунул под нос капитану:

— На, пей!

— Э-э-то… Что-о это? — мучительно сморщившись, принюхался тот.

— Я тебе сказал — пей! Ты должен это выпить! Залпом! До дна!

— Заче-ем?

— Хорош препираться, кэп! Сказано тебе — пей! — прикрикнул на него Бекас.

Приложив горлышко бутылки к губам, Осипов начал неторопливо втягивать в себя тёплую, неприятную на вкус жидкость. Пару раз он фыркал и откашливался, пытаясь отстраниться от бутылки, но безжалостный Сергей всякий раз ловил роняемую бутыль, и запихивал её в рот захлёбывающегося Генки. Выпив половину мерзкого снадобья, Геннадий не выдержал. Его организм пронзили сильные спазмы, по пищеводу пробежалась удушающая волна, заставившая несчастного изогнуться, заходясь кашлем. Сергей тут же направил его голову в сторону унитаза, и пока из желудка капитана плотным рукавом выходила отрава, строго проговаривал:

— Голову выше держи! Не опускай голову! Пойдёт через нос — захлебнёшься нахрен!

— Бедняга, — Иван отошёл в сторону.

— Ничё-о-о, — протянул Сергей. — Сам виноват. Сейчас помучается немного, зато быстрее в себя придёт. Он нам нужен трезвым.

— Ладно, ты пока откачивай его, а я схожу кое-куда, — сообщил Бекас, и на всякий случай осведомился. — Тебе ведь моя помощь не нужна?

— Да нет. Иди. Я справлюсь. Только слишком долго не гуляй. Когда я оживлю этого «алконавта», мы тут же займёмся починкой крана.