— Добро пожаловать домой, сэр. Добрый вечер, мисс… Или мне следует сказать «мэм»? — Женщина была явно растеряна. — Мне очень неловко спрашивать вас, сэр, но ходят слухи, будто вы женились…

— В самом деле? — рассеянно отозвался Реймонд. — Хотя все может быть…

Барбара так и осталась стоять с открытым ртом. А ведь он сам дал повод к сплетням, лицемер этакий! Неужели он так и не собирается опровергнуть нелепые слухи? Хотя бы здесь, среди своих домочадцев…

— Моя дама выпьет чаю, миссис Тарбелл, — проговорил Адамс небрежно.

— Слушаюсь, сэр. — Смущенная домоправительница слегка нахмурилась и обратилась к Барбаре, не совсем уверенная, что все поняла правильно: — Мэм предпочитает какую-то конкретную марку?

Эта миссис Тарбелл, судя по всему, с отличием закончила школу Уилкинсона, подумала Барбара.

— «Эрл Грей», если найдется. Если нет, не беспокойтесь, любой другой меня тоже устроит. И называйте меня просто Барбара. — Она метнула на Реймонда свирепый взгляд.

— Как прикажете, мисс Барбара. А вам, сэр?

— Принесите две чашки. А ланч подайте через полчаса.

Миссис Тарбелл кивнула и безмолвно исчезла. Барбара резко развернулась.

— Ты что, не сказал ей?!

— О чем? — Открыв дверцы небольшой тумбочки, Реймонд сосредоточенно перебирал ряд пластинок.

Барбара с трудом удержалась: этот тип явно напрашивался на хорошую пощечину.

— О том, что мы не женаты, вот о чем. Если я снова окажусь с тобой в одной спальне…

— О, если тебя тревожит только это, выбрось подобную чепуху из головы.

Барбара изумленно уставилась на собеседника, но тот деловито возился с проигрывателем. Вдруг она сообразила:

— Ах, конечно! Я совсем забыла про Уилкинсона. Милый старина Уилли — он приедет и все уладит.

— Я не о том, — спокойно пояснил Реймонд. — У нас будут семейные апартаменты со смежными спальнями.

Барбара резко выпрямилась.

— Ты даже домочадцам не собираешься ничего толком объяснить? Или ты часто радуешь их такого рода выходками — привозишь домой таинственных незнакомок?

— Конечно, нет. Разве ты не видела, что миссис Тарбелл совершенно сбита с толку?

— Может быть, она растерялась, опасаясь, что имеет дело с законной женой?

— Ты противоречишь сама себе. Уилкинсон упаковал твои джинсы, верно?

Барбара изумленно захлопала ресницами.

— Полагаю, что да. Не выбросил же, тем более что вчера собственноручно потрудился их выгладить после стирки. А что?

— Я подумал, а не прогуляться ли нам после обеда?

— Отличная мысль. Славно будет размяться. А если подвернется подходящая пропасть, тут-то я тебя и столкну.

Реймонд усмехнулся.

— А вот и не столкнешь. Ты же просто наслаждаешься происходящим!

— Наверное, похищенным иногда приходится тяжелее, чем мне, — призналась Барбара. — Но не зазнавайся. Я еще не отказалась от мысли написать твою биографию. Уже обдумываю в уме план, дожидаясь, когда ты изменишь решение.

Адамс похлопал себя по карману.

— Не забывай, что твоя расписка при мне. Кстати, я снял с нее фотокопии и положил одну в сейф в Майами, а другую переслал в мой швейцарский банк — на случай, если тебе вдруг придет в голову прокрасться ночью ко мне в спальню и похитить ценный документ.

— Это противоречит журналистской этике.

В глазах Реймонда вспыхнул лукавый огонек.

— Я сказал просто так, на всякий случай, чтобы быть уверенным: если ты и впрямь прокрадешься ночью ко мне в спальню, так вовсе не за распиской.

— Такое тебе может только присниться.

— Ты уверена, что речь идет о моих снах? Если вспомнить, какой прием ты мне оказала в ту ночь…

— Не я начала первой, — твердо заявила Барбара.

Реймонд обжег ее нарочито страстным взглядом.

— Именно ты, дорогая. Ты целовала меня так, словно уже год не знала прикосновений мужчины.

К щекам ее прихлынула кровь, но, прежде чем она придумала достойный ответ, возвратилась миссис Тарбелл. На этот раз ее сопровождала женщина помоложе, в таком же черно-белом наряде, с подносом в руках. На подносе красовался ослепительной белизны чайный сервиз: фарфоровые чашки и блюдца причудливо треугольной формы.

Вошедшие исчезли так же безмолвно, как и появились. Барбара размешала сахар и осторожно отпила глоточек. Разумеется, «Эрл Грей», чего и следовало ожидать.