Барбара покачала головой.

— Нет, дело не в этом. Не понимаю, отчего ты так осмотрителен. В логике твоим доводам не откажешь, и все же… ты ведь постоянно рискуешь! Так почему осторожничаешь здесь?

— Разумеется, я рискую всегда. И в прошлом, и сейчас — но только там, где у меня есть опыт.

Она обдумала это заявление со всех сторон.

— Играешь в «двадцать одно» вместо рулетки?

— Именно. Предпочитаю полагаться на самого себя, а не на случай: пуститься же в сомнительную авантюру с модным гостиничным комплексом означало бы искушать судьбу.

— Так как же ты приобрел этот отель? И зачем?

— Затем, что это хороший участок земли. Отель достался мне в счет одного весьма просроченного и весьма неприятного долга. Так что, видишь, здесь ты не ошиблась. Роль владельца казино мне и впрямь не слишком-то подходит… Знаешь, а мне понравилось давать интервью. Еще вопросы будут?

— Ты только потому так разоткровенничался, что я обещала ничего не публиковать, верно?

— А ты как думала. В противном случае ты бы и словечка из меня не вытянула.

— Думаю, лучше вообще прекратить всякие разговоры, — проворчала Барбара. — Даже если впоследствии я получу те же сведения из другого источника, я не смогу ими воспользоваться, иначе ты заявишь, будто сам мне их предоставил.

— В самом деле? — невинно переспросил Адамс. — Таковы правила?

Она метнула на него свирепый взгляд.

— Впрочем, делай, как знаешь, — миролюбиво отозвался он. — Не хочешь говорить обо мне — расскажи о себе. Чем ты развлекалась на постоянной работе, кроме экскурсий на свалки химических отходов?

Ну что ж, уступка и впрямь ни к чему не привела, подумала Барбара. А лететь еще два часа.

— Однажды я наблюдала за работой полицейского участка в одном маленьком провинциальном городке.

— Как любопытно!

— Ровным счетом ничего любопытного! По большей части — дорожные происшествия и пьяные водители, но мне надо было все время находиться на месте, на случай, если произойдет что-нибудь важное. Ненормированный рабочий день и низкая оплата. — Глаза Барбары сузились. — Что-то вроде теперешней моей должности.

— Не вижу ничего общего. На этой должности ты щеголяешь в норковых шубах, — мягко возразил Адамс. — А какие вопросы ты собиралась мне задать?

Барбара без особой радости вспомнила о списке, который составляла вчера ночью. Но ведь он не мог знать о нем!

— Что ты имеешь в виду?

— Ты сказала, что собиралась всего лишь задать мне парочку вопросов, а затем уехать домой.

— А, вот ты о чем! Те вопросы уже устарели. Во всяком случае, на самый важный из них ответ я уже получила.

— Как мне достался отель?

— Нет. — Она мгновение поколебалась, а затем решила, что скрывать нет смысла. — Разве я тебе не говорила? Я хотела прояснить вопрос с Каролиной Стайн?

— Ты меня разочаровываешь. Выходит, ты — одна из толпы зевак, кричащих: «Когда же свадьба?», едва я покажусь на горизонте?

— Еще чего! Я знала, что никакой свадьбы не будет. Мне просто нужно было, чтобы ты это подтвердил.

Адамс остановил на собеседнице долгий пристальный взгляд. Барбара почувствовала себя неуютно.

— В чем дело? — потребовала она наконец.

— Откуда ты об этом знаешь?

Барбара пожала плечами.

— Помнишь, пару лет назад в одном телешоу Стайн скромно призналась, что однажды спасла жизнь женщине?

Реймонд отрицательно покачал головой.

— Я не смотрю телешоу. Это такое же средоточие грязных сплетен, как и бульварные газетенки; одно другого стоит… — Адамс оборвал себя на полуслове, словно поняв, что зашел слишком далеко.

— Значит, ты и в самом деле затеял весь этот фарс, чтобы поквитаться с прессой! — Барбара изо всех сил старалась, чтобы в голосе не прозвучала торжествующая нота. Недаром в то утро на нее снизошло озарение: интуиция ее не подвела!

Реймонд откинулся в кресле и улыбнулся.

— Только не говори, что ты шокирована. Рекламные исповеди Каролины меня просто достали, ей уже много раз было велено заткнуться, и все без толку. Но должен признать, что больше всего в этой истории меня забавляет возможность обвести вокруг пальца газетчиков.

— Ты мог бы просто подать на них в суд.

— Бесполезно, это только подбросит пищи для сплетен. Так, по крайней мере, тему я выберу сам. А главное, они ведь, скорее всего, так и не поймут, что остались в дураках.