Люди, наверное, назвали бы это сооружение храмом, хотя по сути оно им не было. Просто место, в котором очень легко думалось. Пустое пространство, где даже пол и потолок толком выращены не были, так, слегка уплостили некоторые ветки для удобства стояния и сидения и устроили прихотливый ажурный купол. Да ещё свисали экзотической гирляндой, оплетённые тонкими прутиками камни с чужих планет.

— Да, к критической массе мы пока ещё не приблизились, — нет, она не медитировала, просто очень глубоко задумалась. А вот несколько её коллег по «жреческой» работе явно находились в трансе.

— К критической массе чего? — весело переспросил Никита.

— Планет пригодных к заселению. Чтобы не беспокоиться за судьбу цивилизации. В последние десятилетия напряжённость обстановки на нашей прародине постепенно возрастает. Остаётся всё меньший выбор путей развития.

— И люди этого не чувствуют?

— Почему? Чувствуют, а избранные аналитики возможно и знают точно, но большинство не может связать причину и следствие. Этот посол, вчера прибывший, тоже пытался высказывать толком необоснованные претензии. Даже придётся сводить его на Гардарику, чтобы сместить точку приложения внимания. Ну и, заодно, воодушевить реальными результатами терраформирования.

Ни на день, с момента вторичного установления контакта с Землёй не выпускали эльфы из вида свою прародину. И обстановка на ней всё больше напоминала им перегретый паровой котёл — если не найдётся куда выпустить пар — взорвётся. В такой ситуации массированное освоение космоса начинало касаться превосходным выходом. По крайней мере, оно выводило цивилизацию на новый виток развития.

— Но ты ведь не просто пришёл узнать, как у нас тут дела? — она медленно и плавно встала, собравшись уходить.

— Нет, конечно. От Фёдора послание пришло, — он продемонстрировал в пальцах кристалл памяти, который немедленно оказался выхвачен молниеносным броском. Замерла, сжала его в кулаке, успокоилась.

— У него всё-таки получилось! Читал? — Елена подозрительно прищурила один глаз.

— Что ты! — он в обезоруживающем жесте приподнял руки. — Я ещё жить хочу!

— Знаешь, что меня удивляет? — спросила она, отсмеявшись, когда они медленно и чинно направлялись к ближайшему эйкому. — Наш сын один из немногих молодых эльфов, кто продолжает совершенствовать свои паранормальные способности. Остальные просто пользуются тем, что дала им природа и наш лес и увлекаются в основном классической земной наукой. И продолжать работу с иррациональным приходится переселенцам с Земли, вроде нас с тобой. Из той дюжины, что вместе со мной работает над прозрением будущего, только Лори родилась на Форрестере.

— Успокойся. Они просто взрослеют иначе и пока к этому не пришли. У них, в отличие от людей, на это много времени. Очень много.

Конечно же ему разрешили сменить напарника. Кэп даже доволен был, что появилось чем занять неуёмную девицу. Один только Антон неприязненно бросил вслед, когда Фёдор с Герой уже почти скрылись за поворотом коридора:

— Козёл! Мало ему дриады, что ли? Обязательно нужно всех свободных девушек вокруг себя собрать!

Закатным заревом полыхнул румянец на обычно бледных щеках девушки, всё-таки расслышавшей не предназначавшуюся для неё фразу. Потом покосилась на как обычно невозмутимого Фёдора, и произнесла извиняющимся тоном:

— Не знаю, что на него нашло. Обычно Антон так себя не ведёт, — и, недовольно поджав губы, добавила: — И я, кажется, не давала повода так о себе говорить.

— Репутация — великая вещь, — философски заметил Фёдор. — Это я о своей, если ты не поняла. Могу поспорить, примерно так подумали все присутствующие, и только Антон высказал своё мнение вслух. Но, согласись, это бывает полезно. Если бы кэп всерьёз допускал мысль, что я буду привлекать тебя к какой-нибудь более-менее сложной работе, мог и не согласиться на замену.

— А у вас с Кио и правда роман? — не удержала любопытства Гера.

— Не правда. Мы притворяемся, чтобы к ней мужики не липли, — то ли шутя, то ли серьёзно ответил Фёдор. — Так, ладно, плановый вылет через два часа. Наш модуль N 4. Не опаздывай.

Она не опоздала. Она пришла даже раньше срока, и к тому времени как в ангаре появился Фёдор, успела плотно угнездиться в пилотском кресле. Вопрос: «А что ты тут делаешь?», застыл на губах. И хорошо, что он вовремя вспомнил, что навигаторов обучают заодно и пилотированию, а то выглядел бы очень глупо. Он-то собирался и спускаться и подниматься на автопилоте, а для перемещения по поверхности планеты и его навыков должно было хватить.

— Это карта? — перед Герой вертелась голография Архоя, сплошь испещрённая рабочими пометками. — А чего она такая пятнистая?

— Цветом помечены участки, подлежащие детальному обследованию. Перспективные или, наоборот, опасные. Наш — вот этот, — он крутанул проекцию и увеличил участок побережья безымянного океана.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но кажется, так обозначаются действующие вулканы? Это не опасно?

— Не ошибаешься. И не сказать что совсем безопасно, но эффузивные извержения по гавайскому типу довольно спокойные. Ну и тебе совершенно не обязательно заглядывать прямо в жерло.