— Так, понятно, — Гера впала в некоторый ступор. Потом волевым усилием отодвинула беспокойные мысли, решив, что лучше чуть позже обсудит всё с самой дриадой. И только тут обратила внимание на то, во что уткнулся собеседник.

— А зачем маскировать учебник художественной литературой? Я бы понял ещё, если бы наоборот.

Гера вгляделась в его лицо — он действительно не понимал.

— Ты вообще помнишь, кто я по специальности?

— Навигатор. И какое это имеет значение?

— Навигатор — это числа, координаты, коэффициенты, требующиеся для расчета подпространственного перехода, которые постоянно нужно держать в памяти. Масса фактического материала. В общем, у нас считается, что больше в голову навигатора ничего не поместится. А то мало ли что, вдруг в самый неподходящий момент постоянные с переменными перепутаю?! Так и получается, что я одновременно и самый нужный и самый бесполезный член экипажа, которого кроме выполнения непосредственных обязанностей (которые занимают не много времени) больше нечем занять. А мне интересно, чем вы тут занимаетесь. Вот и выпросила у Кио книжку в общих чертах ознакомиться.

— Интересно. Это что же, тебе прямо запрещают чтение чего-то сложнее детских приключенческих романов? А как же свобода личности?

— Прямо не запрещают, но косятся с таким неодобрительным подозрением… А по возвращении приходится проходить усложнённую программу тестов на профпригодность. Уж лучше не афишировать своих интересов.

— Глупости какие! Это ещё имеет значение во время учёбы и первичной отработки навыков, когда профессия берётся методом мозгового штурма, но потом-то зачем? И как тебя угораздило?

Гера криво улыбнулась, ничего не ответив. Ну не рассказывать же красавцу мужчине как лет в четырнадцать услышала от кого-то из отцовских знакомых пренебрежительное: «Навигатор — не женская профессия». А характер у девочки оказался фамильный, такой, что мама отца даже с ослом никогда не сравнивала, исключительно с лососем, идущим на нерест. Вот и в ней упрямство взыграло на пару с оскорблённым чувством собственного достоинства. Поступила, выучилась, сидела над учебниками раза в два больше чем любой из парней на её курсе и каждую свободную минутку использовала для прослушивания учебных курсов, но своего добилась. И что теперь? Остановиться и почивать на лаврах? Не хочется, да и не выйдет, наверное, за годы учёбы и практики она уже привыкла стремиться к покорению новых вершин.

Фёдор тоже призадумался, что-то прикидывая, потом окинул Геру задумчиво-оценивающим взглядом. Не сегодня-завтра нужно будет опять спускаться на планету для более детального обследования. И почему бы не выпросить себе в напарники эту благожелательно настроенную по отношению к нему девушку, особенно если учесть, что нужно ему кое-что сделать, о чём совершенно необязательно знать людям. А Гера, не имеющая представления о сущности работы, может кое-что и пропустит.

— Скучно? А как ты смотришь на то, чтобы спуститься со мной вниз? Заодно кое в чём поможешь.

— И ты это сможешь провернуть? — Гера в задумчивости приподняла брови, прикидывая, как нужно передёрнуть штатное расписание, чтобы сделать такую перестановку.

— А как ты думаешь? Я же, если можно так выразиться, человек спонсоров. Имею право на маленькие капризы.

— Никито, Никита, Никито, — на разные голоса выпевал Лес, пытаясь добудиться спящего эльфа.

— Ну что ещё? — он рывком сел на постели, но так и не открыл глаз. Иногда наличие такого вездесущего соседа утомляло. Даже выспаться толком не даст, если ему что приспичит.

— Фёдор. Послание, — и разум Никиты затопила череда зрительных образов: детская комната старшего сына, обширный стол из тёплой древесины вальсинора, маленькая металлическая гильзочка лежащая на его пустой поверхности. Остатки сна слетели с обрадованного отца в одно мгновенье, всё-таки взрослые дети — это та ещё морока, а ввысь, Лесу ушла горячая и искренняя благодарность за своевременно переданное сообщение. Небеса в ответ рассмеялись, мир вокруг засиял чистыми, яркими красками. Или, по крайней мере, так это выглядело для Никиты. Господи, и как это люди умудряются не замечать ЕГО?!

Перепрыгивая через три ступеньки и сильно сократив себе путь пробежкой по крыше крытой галереи, Никита оказался у дверей старой детской. Их с Еленой дом — пожалуй, самая хаотичная постройка на всём Форрестере. Только они догадались соорудить себе жилища на соседних деревьях, а потом объединить их в одно. Все остальные отстраивались уже парами, так сказать семейно, а потому в планировке их домов прослеживалась хоть какая-то логика.

Как и было показано, на деревянной столешнице лежала небольшая, размером с фалангу указательного пальца металлическая гильзочка, после развинчивания которой на ладонь Никиты упал правильной формы продолговатый кристалл, какие эльфы обычно использовали для передачи информации и в качестве центрального узла в системе эйкома. Сжав на мгновенье его в кулаке, Никита почувствовал мгновенный эмоциональный отклик: у Фёдора было всё нормально, он был здоров и находился в хорошем настроении. По крайней мере так было, когда руки сына в последний раз касались этой вещи. Покосившись на спящий эйком, Никита с трудом преодолел соблазн сунуть в него кристалл и считать информацию немедленно, если он сделает это сейчас и один, жена точно его не простит. А, кстати, где она? По идее если Лес передал послание, должна бы быть уже где-то здесь. Он мысленно потянулся к Лене, и ощутил, что жена где-то далеко-далеко. Не физически далеко, мысленно и как бы не в медитативном бдении участвует. А потому ноги в руки и пешком, а точнее бегом, заодно, передавая радостную весть можно при этом в родные глаза смотреть.