Она не шутила, когда говорила на собрании иерархов, что демоны в основном существуют в информационно-энергетической форме. И за те годы, что она провела в форме бесплотного духа, помогающего в критические моменты жизни разумным существам, а заодно снимающим память с них, её представления о собственном теле и его возможностях существенно изменились. И где-то вся эта информация спит, дожидается своего часа. Её нужно только активировать.

Переодевшись в уже не раз использованный костюм мальчика-пажа, она по потайным ходам выбралась на крышу юго-восточной башни. Пожалуй, только там можно было найти необходимое ей уединение. Начать тренировки демон решила… с распевки. Ну да, начинать лучше всего со знакомого, а в том, что голосовые данные у неё теперь незаурядные она имела возможность убедиться. Во всяком случае, ей не составляло труда говорить так, что без усилий было слышно даже на очень большой площади полной народа, или, к примеру, собеседника начинал охватывать иррациональный страх даже от самой безобидной фразы. Поэтому тренировка голоса — не забава, а важная часть её дара. Ей даже думать не хотелось, что подумают её подданные, после того, как на её вопли по нескольку раз начинали отвечать то окрестные коты, то собаки.

А потом была долгая пробежка по скользким от ночной влаги крышам, и именно в этот момент ей удалось почувствовать собственную свободу и независимость от обстоятельств. Даже полёт на драконе, совершаемый из чисто практических соображений, не давал этого ощущения.

И, уже возвращаясь в свои покои, Ашам заглянула в библиотеку. Там по-прежнему было тихо, но отнюдь не пустынно. Как и в первый день её пребывания полуночничал за книжкой Лим Носток, однако теперь он был не один такой. За соседним столиком и в отдалении тоже кто-то увлечённо шелестел страницами. Похоже, её идея о создании научно-рационализаторских центров приживается. Нужно будет, как-нибудь потом, поинтересоваться их успехами.

Доказательство того, что их с Юргоном план начал исполняться, она получила уже на следующий день, когда во время приёма посольства из Вингора, распахнулись тяжёлые створки, и в облаке ярко-красных разлетающихся юбок в парадную залу влетела статная красавица, жена главы Дома Нерлех, Мартина Лилея Нерлех. Раздались в стороны обескураженные послы, когда она рухнула на колени у самого тронного возвышения.

— Верни сына, повелительница! — из глубины души вырвался не то крик, не то вой.

Пришлось сходить с трона и поднимать горюющую мать на ноги, что было совсем непросто: когда имеешь рост чуть больше полутора метров трудно справиться с высокой женщиной. А заодно сочувствовать и уверять, что для поиска её кровиночки задействованы лучшие жандармские силы и что ей нужно только набраться мужества и терпения, и всё образуется. Неприятно-то как. Женщина, между прочим, искренна в своём горе. Такую не хочется обманывать. А вот кое-кто из Высоких юров с любопытством глядит на реакцию повелительницы. Явно эта сцена была заранее срежиссирована. Нет, не стоит подозревать саму Мартину, а вот муж, да и остальные наверняка могли её задержать, уговорить действовать по другому, не устраивать некрасивую сцену, но не стали.

Её увели, но приём всё равно закончился как-то скомкано. А после него в рабочий кабинет Заместителя Императора, оттолкнув в сторону растерявшегося секретаря, ворвался сам Кендар Корий Нерлех и швырнул перед ней сложенный вчетверо листок.

— Что это такое?

Она развернула и внимательно прочитала послание, как будто впервые видела его.

— Угрозы и предупреждения, я полагаю.

— Слушай, девка, не делай вид, что это не твоих рук дело! — он угрожающе навис над ней. — Не вернёшь мне сына, я подниму бунт! Я переверну всю империю! И остальные Дома меня поддержат!

— Только дёрнись, — прошипела демон сквозь зубы, поднимая на него взгляд чёрных, колдовских глаз и четь привставая. — И пострадает не только твой сын, но и остальные. И уж я-то найду способ сообщить остальным главам, так, что никто не усомнится, благодаря кому они потеряли своих детей.

Кендар отпрянул. В твёрдом взгляде Заместителя императора не осталось и следа той мягкости, с которой она утешала его жену.

— Будешь сидеть тихо сам и родичей своих приструнишь — получишь сына целого и невредимого. Всё понял? А теперь пшёл вон!

Когда Кендар спиной открыл дверь и скрылся за её створками, она без сил опустилась в кресло. Всё-таки при таких эмоциональных выплесках трудно сдерживать свою демонскую суть. Она так и норовит вырваться на свободу и что-нибудь подвинуть в мире.

Свернув к небольшому служебному помещению, Кендар Корий Нерлех оказался у рабочего стола мага, выделенного ему, по такому случаю, Башней.

— Всё прошло нормально? Вы заставили её высказаться? — спросил маг, вглядываясь в слегка бледноватое лицо Высокого юра.

— Да. Вполне определённо.

Кендар подождал, пока маг отцепит небольшой амулет от его камзола, и осторожно опустился в стоящее рядом кресло. Сам лишённый способностей к магии, он обычно с удовольствием наблюдал за работой воспитанников Башни, но сегодня был не тот случай. Кендар с жадным нетерпением следил за руками мага, аккуратно достающими крошечный кристаллик из зацепов в украшении и помещающими его в приёмное устройство. Над рабочим столом засветилась небольшая, не больше двух ладоней в высоту, иллюзия кабинета. Чёткое изображение, ясный звук — прекрасная, достоверная иллюзия. Однако после обвинительной речи Кендара, картинка исказилась, звук «поплыл» и дальнейшая запись представляла собой мешанину цветных пятен и невнятных, бормочущих звуков.