— Ты хочешь сказать, что примерно так же как мы четырёхмерный? А как же мы вообще можем здесь существовать?

— С трудом, не сразу и только с помощью коренных жителей. Да к тому же это тело существует только в трёх измерениях, а разум сразу во всех, сколько их там есть. Так что приспособиться вполне реально. Потому ирихи и построили этот город, упростив его для нас по возможности. Это собственно даже не город, а адаптационный центр для привыкания к жизни на Вианасте. И вне его уже живёт немало людей.

— Картонный город для картонных человечков, — грустно констатировал Алекс. — А зачем им это вообще нужно?

— Пусть об этом они сами тебе рассказывают. Но уверяю тебя, ничего страшного для человечества ниши загадочные инопланетяне не замышляют.

— И то, что лишних стен они не ставят тоже связано с этим лишним измерением? И если это так, почему открывая дверь своей квартиры, я не попадаю каждый раз в другое место.

— Есть технология фиксации пространственных координат. Довольно сложная, трудоёмкая и не дающая стопроцентной надёжности, так что где только можно ирихи предпочитают ставить энергетические барьеры. И вот возвращаясь к тому, что с тобой сегодня произошло: ты не в параллельное измерение попал, а чуть сместился в пространстве по этой самой J координате и очутился… ну назовём это подвальным этажом, совмещённым с фундаментом города. Обычный доступ туда перекрыт, во избежание всяких недоразумений, и мне сложно представить, как попали туда все те люди, которых ты там встретил. Знаешь, об этом происшествии всё-таки придётся сообщить кому следует.

— В полицию? Так её здесь нет. Я как-то специально выяснял.

— Полицию, муниципалитет и многие другие службы здесь заменяет служба адаптации. Кстати, не самое рациональное устройство. Я как-то уже говорил об этом Талиесину. Кстати, а ты ту почту, что у тебя хотели отобрать ни куда не дел? Это наверняка можно будет как-то использовать.

— Спасибо, дружище, что вернул. Ты бы знал, сколько я неприятностей поимел из-за того, что ты схватил не те посылки, — Макс с восторгом оглядывал разложенные на столе коробочки, которые вчера Алекс самостоятельно накидал в свою сумку. Всё на месте, ничего не пропало. Потом нервно оглянулся по сторонам, но на складе было пусто. Сегодня Алекс опоздал нарочно, чтобы разговору никто не мешал.

— Да ладно. Только я не понял, какая разница в каком порядке их адресатам разносить.

Макс кинул на него настороженный взгляд, потом не удержав распиравшей его тайны, сильно понизив голос произнёс:

— Конкретно эти никто и не собирался отдавать. Знаешь, сколько за эти коробочки можно выручить на чёрном рынке? Или если через третьи руки перепродать их государству?

— Так ты здесь что, воровством занимаешься? — разыгрывать удивление Алексу не пришлось, оно вышло вполне натуральным.

— Я! — в тихом возгласе Макса отчётливо слышалась горечь. — Я оказался на слишком "удобной" должности, чтобы меня эта афера обошла стороной. А заправляют всем гораздо более серьёзные люди.

— Например, некто Моррис, — безразличным тоном продолжил Алекс.

— Ты о нём уже слышал? Да, именно он.

— И как же вас до сих пор не поймали? Неужели ирихи не замечают пропажи своих посылочек!? Даже если там обыкновенные, ничего не стоящие сувениры.

— Ирихи! Что они могут заметить, если учесть, что для них всё это всего лишь игра? Да и наши тоже не дураки, изымают не более десяти процентов посылок, к тому же не сразу отправляют их на Землю, а некоторое время выдерживают, ожидая не хватится ли кто пропажи.

Тут Алекс вспомнил сцену, которую увидел здесь в первый свой рабочий день, как растерянный ирих просил найти свою посылку, но не стал задерживаться на этой мысли, а предчувствуя очередную любопытную гипотезу, переспросил:

— Что значит "всего лишь игра"?

— А это у наших боссов такая теория, на мой взгляд логически непротиворечивая, что весь этот город служит ирихам гигантским развлекательным центром. Они в нас играют. Ты заметил, что из всех отраслей экономики здесь развита только сфера услуг? Они посещают и играют в театре, участвуют в литературных и философских диспутах, пользуются услугами почты и заведений общественного питания. И ни что из того, что мы тут делаем, не имеет практической пользы. Без всего этого можно вполне обойтись.

У Алекса неприятно засосало под ложечкой, слишком уж правдоподобно звучала эта версия, но уже при выходе из здания почта она как-то забылась, уступив место гораздо более насущным проблемам. Вроде предстоящего разговора с Мойрой. Ирих ждала его на одной из площадей у небольшого фонтанчика, музыкальные струи которого со звонким шелестом падали в овальную чашу.

— Слышала? — спросил он, присаживаясь на его бортик.

— Конечно. Наша аппаратура не даёт сбоев, — она произнесла это ровным, совершенно безэмоциональным тоном, явно занятая какими-то другими мыслями. Алекс удивился: когда отправляли "на дело" на его голову вывалили столько совершенно ненужных инструкций, предупреждений и уверений в важности предстоящего мероприятия, что было странно такое вот равнодушие главного его координатора. Удивлялся Алекс не долго. Ровно до тех пор, пока не проследил за направлением взгляда Мойры. По льдисто-голубому, полупрозрачному камню мостовой стремительно и хаотично металась знакомая тень, уходя от преследовавших её ирихов. Вот она резко рванула вправо, взбежала по стене дома до самой крыши, рванула по самому её краю, опять ринулась вниз. И что самое интересное, так же легко и стремительно как тень, по вертикальной стенке перемещались её преследователи.

— Ого! Вы и так можете! — Алекс попробовал обратиться к Мойре, но ответа не дождался, а за каменной неподвижностью, сковавшей её, ему почудился страх. Тень, перестав метаться из стороны в сторону, неслась прямиком на них, и не было между ними никого, способного её задержать. В одно мгновенье, почти не раздумывая, Алекс принял решение: подскочил с бортика фонтана и подхватив Мойру за талию, приподнял её над землёй — она оказалась неожиданно лёгкой. И вовремя. По камню, прямо под его ногами прошмыгнула тень, (этого мига оказалось достаточно, чтобы позвоночник Алекса встал дыбом) и с размаху влетела в чашу фонтана где и замерла в неподвижности, распластавшись нелепой кляксой. Тут уже подоспели преследовавшие её ирихи, которые, несмотря на явно мужские лица, одеты были в серо-стальные балахоны. Один из них протянул на раскрытой ладони маленькую белую коробочку, на какие за время работы на почте Алекс насмотрелся предостаточно, та с сухим треском раскрылась, явив свету непонятный прибор размером с баскетбольный мяч, сплошь состоящий из беспорядочно изогнутых трубочек. В одну из них тень втянулась, сконденсировавшись где-то по центру в плотный чёрный шарик. Все присутствовавшие заметно расслабились. И Алекс даже не слишком удивился, когда краем глаза заметил, что из-за полы мантии одного из присутствовавших ирихов высунулось непослушное щупальце.