На выезде из города его встретила Мойра. Алекс не видел её с позавчерашнего дня, да и тогда перекинуться всего парой слов. Пожалуй, он даже успел по ней соскучиться. По её неожиданным вопросам и пространным рассуждениям, по загадочному молчанию и изредка упускаемым крупицам ценной информации. По общению с ирихом, с которым не возникало проблем недопонимания.

— Здравствуй, Мойра! Проводить меня решила? — воскликнул он, соскакивая с велосипеда рядом с ней.

— И проводить, и последнее напутствие дать. И хорошо бы по первому адресу тебя просто за ручку отвести, но, к сожалению, времени не имею.

— А чего так?

— Ты у меня не единственный подопечный и, пожалуй, самый благополучный из них.

— Да?! — в голосе Алекса послышалось неподдельное удивление. — А почему я себя постоянно ощущаю довольно тупым и не слишком приспособленным?

— Ну что ты! Ты поразительно быстро адаптируешься. С другими намного больше проблем.

— И даже не столько с людьми, сколько с твоими сородичами, — продолжил он её мысль за неё.

— Догадался, да? Я же говорила: умный! Да действительно, моим сородичам к жизни среди людей тоже приходится привыкать. И многому учиться. Но я не преувеличивала, когда говорила, что время меня поджимает.

— Инструкции.

— Да. Пара небольших советов: находясь за пределами города, постарайся не сходить с проторенных дорожек. Чаще всего ничего страшного не случается, но возможны и всякие казусы. Второе — очень важно постоянно держать в памяти не только маршрут движения, но и куда именно ты хочешь попасть. И последнее — ясли случится что-то, с чем ты не можешь справиться — жми на "тревожную кнопку". Придёт тот из моих сородичей, кто окажется ближе всего.

Алекс автоматически ощупал висящий на шшлёвке от штанов брелок с красной кнопочкой по центру. Он совсем забыл о нём. Хорошо ещё не успел обзавестись несколькими парами сменной одежды, а то пришлось бы возвращаться домой за ценным оборудованием. Мимо со свистом промчался ещё один велосипедист из службы доставки. Алекс даже не успел рассмотреть из почтовой он службы, или ещё какой. Сам же неспешно отправился по первому из адресов. Хотя адресом, в полном понимании смысла этого слова то, что ему вручили, назвать было нельзя. "Третий поворот налево, пройти заросли синей колючки, большой холм с круглой дверью" — художественное описание маршрута, а не адрес. Зато даёт возможность вволю покататься по окрестностям, поглазеть на иномирную природу. А то, гуляя с Мартой, приходилось принимать вид зрелого и опытного мужчины, соответственно восторженное рассматривание местных красот в этот образ не входило.

А посмотреть было на что. На каменный монолит дороги нанесло песка и прочего мелкого мусора, который музыкально похрустывает под колёсами, по обе стороны от неё на сколько хватала глаз простирается холмистая равнина, сплошь покрытая короткой щёткой сизого мха, на которой то тут, то там можно встретить кряжистые, приземистые деревья с длинными бурыми лентами-листьями. И всё это под чуть розоватым, прозрачным небом.

У того самого поворота налево, упоминавшегося в записке, прилагавшейся к небольшой коробочке, которую нужно было вручить некоему Фаэтону, вновь пронёсся уже виденный Алексом велосипедист. Только на этот раз он не обгонял, а ехал навстречу. Уже справился? Вот это скорость!

У зарослей синей колючки, которая настолько плотно обступила дорогу, что остался только узкий проход прямо по её центру, Алекс слез с велосипеда и дальше пошёл пешком. Ненапрасная предосторожность, как оказалось: дорога принялась изгибаться, как будто была проложена по следу гигантской змеи. При передвижении с мало-мальски приличной скоростью ничего не стоит, напороться на острые колючки, которыми заканчивалась каждая веточка растущего здесь кустарника. Или, не заметив за поворотом, сбить пешехода, который не замедлил появиться. Кстати, если судить по ярко-рыжим волосам, торчащим во все стороны — повезло встретить старого знакомого. Алекс прибавил шаг.

— Арес, привет!

Тот всем корпусом развернулся и смерил Алекса недоумевающим взглядом:

— Мы знакомы?

— Ну ты даёшь! — Алекс восхищённо покрутил головой. — Только вчера пробовали новые поступления в кафе при магазинчике дядюшки Фредди.

Арес нахмурился ещё сильнее — у Алекса создалось впечатление, что тот перерывает в памяти горы информации (хотя в чём там было коваться: сказано же, что вчера виделись?), потом, видимо вспомнив, расслабился и разулыбался.

— О! Алекс, привет! Ты по делам или так просто гуляешь?

— Я на службе. Посылочку везу некоему, — Алекс ещё раз сверился с записями, — Фаэтону. Слушай, только что пришло в голову, вы что, специально себе берёте имена древнегреческих богов?

— Не только древнегреческих и других тоже, но только тех, которые окончательно перекочевали из области религии в область мифов и сказаний.

— А зачем? А, точно, у вас же язык какой-то сильно хитро-мудрый.

— Нам бы всё равно пришлось их себе выдумывать, так почему бы не воспользоваться уже готовыми? Тем более, что этим мы вряд ли оскорбим чьи-то религиозные чувства.

— Кстати, я-то иду по службе, а вот ты куда? Или секрет?

— Домой я иду. Ты же не думаешь, что я живу в Человеческом Домене? А ты не идёшь, ты уже пришёл, — он кивнул влево, где у наконец-то окончившихся зарослей колючки, прямо возле самой дороги высился поросший всё тем же сизым мхом холм с круглой дверкой посередине. Арес приветливо кивнул, и направился вперёд по дороге. Алекс проводил его взглядом: казалось, тот только пару шагов сделал, а переместился вперёд метров на пятьдесят, и вот уже еле виднеется на горизонте маленькая фигурка с ярко-рыжими волосами. Потребовалось сделать над собой некоторое усилие, чтобы отвести от дороги взгляд. Если всему подряд удивляться и принимать всерьёз, так и неврастеником стать недолго. Пора делом заняться.