— Это было мудро, — сказал Оке, — ноль — шесть лучше, чем один — семь.

Все с ним согласились, кроме меня. Мой штрафной был забыт.

Результат премьерного матча между 5-А и 5-Б: ноль — шесть, хотя на самом деле один — семь. Гол забит, понятное дело, Требом Волкером. Одно удаление. Два барана: Глыба и Нике. Двенадцать с половиной найденных Оке червей. Два вывихнутых пальца на ноге и одно почти что сотрясение мозга. И Треб Волкер был героем в течение 48 секунд.

Конец простой — вампира вой

Ой, ой, ой, дневник.

Несколько разоблачений: я знаю, кто тайком читал мой дневник. Я провёл несколько допросов подозреваемых. Это не были ни Дылда, ни Оке. Они неправильно ответили на все вопросы. Вот кое-что из допросов:

1. Могут ли парни вести дневник? Подозреваемые ответили: НЕТ!

2. Видели ли вы когда-нибудь, чтобы парень записывал что-нибудь в дневник? Подозреваемые ответили: НЕТ!

3. Может ли лось курить трубку и весело насвистывать одновременно? Подозреваемые ответили:

Дылда: НЕТ!

Оке: Сомнительно. Должен проверить.

Внимание! Последний вопрос был написан специально, чтобы уничтожить подозрения. Тем, кто тайком читал дневник, не мог быть и Глыба. Поскольку я не видел в школе никаких разоблачительных плакатов о Требе Волкере, ведущем дневник.

Когда я допрашивал самого себя, открылась правда. Это был я. Я переложил дневник, когда убирался перед вечеринкой. Удача.

Я оштрафовал себя самого на 8 крон, из которых 5 ушло на уплату налога.

Другое разоблачение: гробовая бацилла, похоже, переехала — к подозрительному соседу Коллину. Я видел его в окно. Коллина. На нём были очки. Не солнечные. Гробовая бацилла заразила его близорукостью. Пусть он сам себя за это ругает, такой подозрительный тип, как он.

В выходные мы с Оке провели несколько интересных экспериментов. Мы экспериментировали над младшей сестрой Оке Дорис.

Оке считал, что если выпить напиток, приготовленный из средства для мытья посуды, то изо рта пойдут мыльные пузыри, как только заговоришь. Я так не думал. Мы были вынуждены проверить — на Дорис.

Мы ей сказали, что это напиток, полезный для здоровья. Она поверила. Пузырей изо рта не пошло. Но из глаз полились слёзы.

— Интересный побочный эффект, — рассуждал Оке.

Дорис выпила целый стакан.

— Ещё, — потребовала она.

— Явно вызывающий зависимость, — важно заметил я и законспектировал это в нашей книге экспериментов.

Рецепт напитка, приготовленного из средства для мытья посуды:

Перемешать. Хорошенько взболтать. Пить и чувствовать, что это вкусно.

Мы пришли к выводу, что если кое-кому завязать глаза и пустить идти к стене, то он автоматически останавливается точно перед стеной.

Это не действовало на Дорис. Они врезалась прямо в стену.

— Ты что, никогда не слышала о шестом чувстве, Дура-Дорис? — спросил сердито Оке. Он испробовал своё шестое чувство. Эксперимент удался.

Но Оке подсматривал под повязкой и видел стену. Важная вещь — шестое чувство. Оно помогает легче понять некоторые вещи. Например, что папа потихоньку от всех ел во время поста. Это мне подсказало шестое чувство. Например, что сосед Улле Коллин — подозрительный тип. Это мне тоже рассказало шестое чувство. Например, что у почты желтые автомобили, а у скорой помощи — белые, чтобы никто не перепутал. А то бы глупо выглядело, если бы пациент попадал к доктору через почтовый ящик, а у почтовой посылки воспалились гланды. Подобные вещи раскрывает шестое чувство. В определённых местах шестое чувство сильнее, чем в других. В школе оно слабее, чем дома.

Шестое чувство всегда говорит тебе, сколько ты в состоянии съесть, когда ты дома.

А в школе чувствуешь себя сытым задолго до того, как еда исчезнет с тарелки. Тогда шестое чувство бастует.

Во второй раз я меняю ручку в дневнике на красную.

Сейчас я напишу о Наде.

Надя — самое прекрасное имя на свете. Я так не думал месяц назад. А сейчас я так считаю.

Надя Нильссон, 5-Д в Юнгбергской школе. Впервые я увидел Надю Нильссон в пятницу на школьном вечере. Я пошёл с Оке и Турлейфом. Турлейф зачесал волосы. Ха! Ха! На всех были джинсовые куртки. Мы выглядели почти что крутой компанией.

В Юнгбергскую школу ходят симпатичные девицы. Некоторые из них даже красят волосы. Одна, которая волос не красила, была Надя Нильссон. Она и так была симпатичной.

Она танцевала с пятью приятелями.

— Кто это там? — небрежно спросил я Оке и Турлейфа.

— Надя Нильссон, — ответил Турлейф. — Она играет на скрипке в оркестре.

Турлейф рассказал, что Надя живёт в маленьком домике около футбольного поля вместе с мамой и тремя братьями.

— Братишки выглядят жестокими, — сообщил Турлейф.